При допросе миссис Кристи сыщики узнали примерно то же самое. Она смогла только более подробно рассказать о попытках вызвать выкидыш, которые миссис Ивенс обсуждала с ней как женщина с женщиной.

Из Брайтона между тем пришло подтверждение, что миссис Ивенс там нет и не было. Хотя обыск на Риллингтон плейс уже проводился, старший инспектор уголовно-сыскного отдела Джордж Дженнингс, которому поручили следствие, приказал еще раз осмотреть место происшествия. Вместе с инспектором Бэрретом он осмотрел все этажи дома. Но и на этот раз не была замечена в саду подпиравшая изгородь берцовая кость.

В мусорном ведре, в котором все еще лежал череп, они пошевелили палкой, не разглядывая содержимого.

Старший инспектор Дженнингс хотел открыть дверь кухни-прачечной. Дверь была на запоре. Мистер Кристи показал ему место, где лежал ключ, и отпер дверь. В маленьком помещении было темно, и Дженнингс зажег фонарь. Возле раковины он увидел штабель старых досок. Сдвинул с места крайние, и его рука наткнулась на что-то мягкое.

Убрали доски и обнаружили туго стянутый узел. Мистер Кристи сказал, что не видел его раньше.

Полицейские вытащили узел на свет, развернули зеленое одеяло – перед ними был труп Берил Ивенс. Дженнингс снова вошел в кухню-прачечную и вскоре вернулся, держа на руках мертвую Джеральдину.

Мистер Кристи молча наблюдал за происходящим. Его мучила застарелая болезнь, как он объяснил, и теперь его нервы не выдержали.

– Это слишком, этого я не переживу! – выкрикивал он, согнувшись от боли. С трудом, хромая, он ушел в свою квартиру."

"Судебно-медицинская экспертиза показала, что мать и дочь были задушены. Правый глаз и верхняя губа Берил распухли – похоже было, что ее ударили кулаком в лицо.

Аборта она не делала.

Вечером этого дня, а было 2 декабря, инспектор Блэк и сержант Корфилд встретили Тимоти Ивенса на Паддингтанском вокзале. Сыщики повезли арестованного сразу же в Ноттинг Хилл.

Дженнинге между тем занимался анализом всего сделанного до сих пор следователем. Он знал, что Ивенс с легкостью лгал, и критически отнесся к историям, которые тот преподнес полицейским в Мерт-Вейли. После проведения судебно-медицинской экспертизы от его «признаний» ничего не осталось.

Инспектор твердо решил добиться от арестованного правды. Здесь Лондон, а не провинция, Скотланд-Ярд заставлял говорить и не таких,, как Ивенс.

Сколько времени продолжался допрос, осталось неизвестным. По некоторым данным, двенадцать, по другим, двадцать четыре часа. Дженнинге и Блэк сменяли друг друга. Кто из них беспощаднее нажимал на Ивенса, тоже не зафиксировано. Известно только, что, начиная допрос, старший инспектор разложил перед арестантом вещи, снятые с двух трупов.