Не могу сказать, что мой кузен король Драссар не расстроится, если его родственник и генерал погибнет, но эта потеря не повлечёт за собой ничего непоправимого.

– Как думаешь, для чего лаэртийцы затеяли весь этот фарс? Понятно же, что ритуал не состоится, – спросил меня Фар, косясь в сторону троих служителей подлунного культа, стоявших в стороне от нас.

– Валерон пытается привлечь на свою сторону эльфов, – зло сказал я.

– И какая взаимосвязь между твоим браком с девицей де-Идов и эльфами? – удивился Фарид.

Мой друг был воякой, но, к сожалению, редко интересовался политикой."

"– Остроухие никогда не лезли в наш конфликт, но сейчас ситуация изменилась. Старший принц Лаэрты Герион посватался к принцессе Ниэлее. Брак ещё не заключён, но вопрос уже почти решён. Положительно, как ты понимаешь. Вот его папенька и решил обратиться к новым родственничкам с просьбой помочь наказать «зарвавшихся драконов», – сообщил я, не беспокоясь о том, что нас могут подслушать. Работающий гномий артефакт слегка вибрировал на моей руке, но надёжно защищал от всякого рода прослушки, даже магической.

– И что из этого? – торопил меня нетерпеливый приятель.

– Ты же знаешь блондинистых снобов. Они предложили королю Лаэты сначала попробовать помириться с нами. Тот повозмущался, но был вынужден сделать вид, что пошёл навстречу «этим животным». Переговоры привели к тому, что было подписано соглашение о браке. Валерон настаивал на том, чтобы сам Драссар женился на его дражайшей племяннице, но нам удалось отговориться от этого. В конце концов, Ланария де-Ида хоть и герцогиня, но не дочь короля, – хмуро поведал я.

– Почему было не женить на ней кого попроще? Меня например? – озорно подмигнул мне приятель, пытаясь хоть немного поднять мне настроение.

Но суть происходящего Фар понял правильно. Мой титул достаточно высок, чтобы не оскорбить лаэртийцев, но пожертвовать мной в угоду процветания Пирии всё же можно. Не могу сказать, что я прямо рад подобному положению, но если ставить выбор между мой и кузеном, то смысла противиться я не видел.

Отвечать Фариду не стал. Некоторое время мы стояли и молча пялились на пустую портальную арку, а потом мой непоседливый друг не выдержал и снова спросил:

– И как же теперь? Брак-то всё равно не состоится. Магички считают нас грязными животными, а для свершения ритуала нужна хотя бы симпатия.

– Никак. Драссар вернётся к переговорам и будет настаивать на том, что мы не отказались от своих обязательств и хотим мира, – спокойно ответил я.

Мир действительно был очень нужен моему народу. Думать о том, что эльфы помогут лаэртийцам сломить наше сопротивление, приводила в отчаяние. Столько веков мы бились за независимость от магов, а теперь всё под угрозой.