– Вот! Подходящая работа для женщины! – радостно воскликнул питерец. – И если такой женщине имя Клавдия, то шутя ее вполне могут звать Автоклавой.

Лыков поблагодарил библиотекаря за подсказку. Хотел уже уйти, но не удержался и спросил:

– Поясните, пожалуйста, почему у вас такое необычное здание? Никогда подобного не видел. Чугунные полы, как в храме, и железные ставни, как в банке.

Служитель воспрянул:

– Так было задумано Николаем Ивановичем Лобачевским. У нас ведь и тогда уже была огромная и очень ценная библиотека. Вот чтобы уберечь ее от пожара, а они в Казани, к сожалению, часты, и выстроили наш корпус.

По всем правилам науки тридцатых годов прошлого века. Чугунные полы, правда, появились лишь десять лет назад. Но само здание изначально было выстроено из несгораемых материалов. А в случае угрозы оно герметично закрывается изнутри.

– И что, помогло? Хоть один пожар библиотека выдержала?

– А как же! В тысяча восемьсот сорок втором году выжгло полгорода. В университете сгорели астрономическая и магнитная обсерватории, некоторые другие корпуса. А библиотека уцелела. Служители закрыли двери, заперли изнутри железные ставни.

И отстояли великую ценность. Даже помогли другим: библиотека, как скала, возвышалась в огне и заслонила собой главный корпус. – Дедушка перевел дух и добавил, обведя рукой вокруг себя: – Мы все уйдем, а бесценные сокровища науки, накопленные нашими предшественниками, останутся. В том числе благодаря чугунным полам, хе-хе.

Лыков дружески простился со старым народником. Тот оказался вполне симпатичным человеком, хотя и недолюбливал полицию.

Сыщик потащил подчиненного на улицу. Он был возбужден – есть след!

– Заметили, Никита Никитич, как хорошо, что вы в партикулярном? Мы, сыщики…

– Уже слышал, – оборвал питерца казанец.

 – Только когда начальство зовет вас мылить шею. Но почему вы решили, что из меня выйдет сыщик?"

"– Кое-какие задатки для этой службы у вас есть. Например, храбрость. Но одной ее мало. Например, вы давеча зарубили шашкой двух бандитов. Мы, сыщики, предпочитаем арестовывать, а не убивать. Если всех казнить, как искать сообщников? Мертвые не говорят. Это как на войне: взять «языка» и зарезать его. Неправильно же.

– Там были негодяи, они людей убивали, – возразил Делекторский, гоняя желваки по лицу.

– Такие всегда были и будут среди нас, прямоходящих. Намерены всех их истребить? Утопия.

– Да ну вас! – чуть не крикнул околоточный. Он явно не считал Лыкова начальством.

– Не нукайте, а несите службу, – строго оборвал коллежский советник. – Пока вас ко мне приставили, извольте подчиняться. А потом разойдемся, я лишней минуты не намерен вам навязываться.

Казанец зло сжал зубы, постоял, глядя в сторону, потом спросил отрывисто:

– Куда теперь?..