Я мысленно выругалась и опять на своих ладонях отпечатала руны и прикоснулась ими к Арону, после чего начала его лечить. Меня он не отталкивал.

— Что произ?.. – Арон не договорил. На его губах появилась свежая кровь. Его кровь.

— Я пойду за Одином, — сказал учитель и создал портал.

Пока его не было, я очень быстро рассказала Арону о том, что произошло. Про еду, которую я взяла из обеденного зала для Бранта и, которая, скорее всего, была отравлена. Но оборотень меня даже не дослушал. Он был очень бледным и, однажды, закрыв глаза, уже их не открывал. Потерял сознание.

В этот момент в комнату, с помощью портала, вернулся Эдергар.

Он привел с собой Одина и, когда мужчина увидел лежащего на полу Арона, в его глазах мелькнула сильная тревога.

***

Один в срочном порядке вызвал лекаря в Дюран. Я понятия не имела, сколько для этого понадобилось сил и связей, но буквально через час в академию прибыла Криста Вайл. О ней я была наслышана. Эта пожилая женщина была одной из лучших лекарей нашего королевства. Но своеобразная и королю она не подчинялась, из-за чего никаких привилегий не имела.

Я удивилась тому, что Вайл знала о том, кем являлся Арон и Брант, но, зато, теперь понимала, почему Один вызвал именно ее.

Лишь бы кому доверять лечение Тысячелетнего нельзя.

Арон все еще был без сознания, но Вайл все равно его осмотрела. Очень долго с помощью рун изучала состояние оборотня и, наконец-то изрекла:

— Состояние у него пагубное, — Вайл было не меньше семидесяти, но отдав высокую плату, она приобрела молодость. Поэтому, выглядела лет на двадцать, несмотря на свой возраст, который ощущался только в речи. – На нем сейчас сильная хворь. Яд одолевает тело.

— Так это все же яд? – спросил Один.

Вайл на время осмотра пыталась выгнать всех из комнаты, но я и Один уходить отказались.

Вайл сказала, что такое встречала лишь пару раз за жизнь. Очень сильный яд созданный с помощью черной магии и предназначенный только для оборотней. Даже с их обонянием они этот яд не ощущали.

— Но Брант, что-то почувствовал, — сказала, вспоминая, как он принюхивался к еде.

— Брант не обычный оборотень. Он ощущает больше, чем другие. И с детства у него чувство недоверия сильнее, — ответила Вайл."

"Я прикусила губу и опустила голову.

Наверное, Брант ощутил, что с едой что-то не так и, если бы не мои слова, наверное, есть не стал бы. В том, что случилось, целиком и полностью, была виновата я.

Вайл так же сказала, что этот яд пропитан черной магией и поражал он именно звериную сущность. Будучи настолько сильным, перебросился даже на Арона, но от оборотня в нем минимум, поэтому, естественно, весь удар перепал на Бранта.

— Обычный оборотень уже скончался бы. Например, съел бы ты его, Один, и даже побороться за жизнь не успел бы, — сказала Вайл.