Особенно худо мне стало, когда он сомкнул губы на мочке и пососал ее, потом облизнул ушко со словами.

— Я хочу в тебя. Чувствую, как ты хочешь. Твои дни — это вообще не проблема. Лишь дополнительная пикантная подробность… Меня это не смущает! Твоей нежной и голодной как, пиранья, писе это тоже не помешает кайфануть. Уррр… Я уже молчу про то, какие сильные анальные оргазмы.

— Ты…"

"Я едва на ногах стояла. Опыт анального секса у меня отсутствовал. Была попытка. Откровенно ужасная.

Но сейчас я вся пульсировала, меня жарко подбрасывало вверх, штормило, закручивало. Я просто варилась в кипятке желания и чувствовала, как по венам струился жар и жажда.

— Че сжалась так, Ритуля? — жарко выдохнул на ухо Волк.

Медленно протянул губами по скуле, поводил по моим, продолжая тискать и держать меня так крепко, что я даже шевельнуться не могла!

Сумасшествие какое-то!

Неправильное…

— Боишься?

— Очень! — честно выдохнула я.

— Почему?

Только его глаза напротив моих.

Невозможность отвести взгляд.

Глаза горели, так хотелось моргнуть. Но он словно пустил мне под кожу парализующий яд.

Полностью.

Ничего, кроме вдохов и выдохов.

Только воздух, который шипел и горел.

Марево колыхалось.

— Опыт был крайне неприятный? — усмехнулся уголками губ.

Я кивнула.

— Очень неприятный. Мерзкий. Отвращение у меня к АС даже на уровне простых слов. Так что придется тебе поискать другую попку для развлечений!

— Но мне твоя нравится! — возразил мгновенно.

— Боюсь, не смогу тебя порадовать… эээ… гостеприимством. Будет тебе бо-бо-большое разочарование! Очень…

Вок загоготал, его губы обнажили крепкие десны, крупные белоснежные зубы.

От него во все стороны разило силой, сексом, соблазном и большими деньгами.

— Не в гостеприимстве дело. Напротив!

Он медленно опустил взгляд, затем поднял его. Ну, что за мужик? У него даже ресницы — безумно длинные, пушистые. Их движение — как взмах крыльев черной бабочки.

Слишком хорош…

— Чем гостеприимнее задница, тем разработаннее тоннель. Иногда в таком тоннеле член пролетает со свистом вместе с дополнительным девайсом, — сделал паузу и вздохнул невероятно грустно. — Скукота.

Мне даже захотелось его пожалеть.

Так натурально он взгрустнул…

Даже нос повесил.

Но потом я куснула себя за внутреннюю сторону щеки, до крови.

Рита, очнись…

Алле…

Верхняя палуба, есть там кто живой?! Отзовись.

Но все мысли, кажется, стеклись на нижний отсек, где плавали в кипятке возбуждения.

Я с трудом соскребла остатки гордости.

— Тебе понравится! Я тебя расслаблю, — пообещал Волков соблазнительным голосом, продолжая покрывать поцелуями мои скулы и шею.

— Нет-нет. У меня страх.

— Наверное, ты была недостаточно возбужденной. Только и всего.