— Хорошо, вместе потом худеть будем! — пообещала Мартина.

— У тебя тройня. Когда срок ставят?

Мартина не переставала шутить, что Гоша тогда немного перестарался… Втройне! Со всем, чем только можно было!

— Сегодня за тобой Гоша заедет?

— Нет, не заедет, — покачала головой Мартина. — Мотается все.

— Занят чем-то? Новый бизнес? — предположила я.

— Если бы. У Волкова проблемы большие.

Я постаралась есть как ни в чем не бывало, только чай потерял вкус, а десерт стал как вата, которую не прожевать.

Мартина внимательно проследила за моим выражением лица.

— Ты что-нибудь знаешь?

— Откуда, — сглотнула комок.

— Но ты с Волковым была на свидании, так и не сказала, как прошло…

— Пересекалась, да, скрывать не стану. Но ничего не вышло, — сказала небрежно.

— А кто тот мужчина, которого я видела несколько раз рядом с тобой? — не унималась подруга.

— Мой новый лучший друг. Даня…

— Друг? Со стороны показалось, как будто вы близки.

— Мы очень близки. Он мне многим обязан. Я ему — тоже.

Я сказала чистую правду. Когда первоначальный шок схлынул, я поняла, что жизнью волчонок обязан Даниилу. Неизвестно, как далеко зашел бы Волков.

Может быть, он бы довел свой ужасный замысел до конца… Совсем обезумел.

Поэтому я дружу с Даней. Он со своими тараканами, но мужик неплохой.

Кто знает, может быть, и по-настоящему подружимся? Говорят, что дружбы между мужчиной и женщиной не бывает, мол, это осколки былых или зародыши будущих привязанностей.

Но только те, кто так говорят, ошибаются. Думаю, мы просто признательны друг другу за сделанное. Спасти жизнь — это не шутки! Мой волчонок жив только благодаря ему — Даниилу Пономареву. И что бы ни думал на этот счет Волков, роль крестного отца уже занята Даниилом.

Хотя, не думаю, что Волка вообще волнуют такие нюансы. Он-то и детей не хотел, был готов избавить меня от этого тяжкого груза…

Какие уж тут крестные отцы?!

— Так что там у Волка? — спросила я.

— Проблемы какие-то. Подробности Гоша не разглашает, но я кое-что сама случайно услышала. Волка взяли с оружием... Насколько я поняла, Волкову предъявили множество обвинений. Лев из кожи вон лезет, от части обвинений удалось отбиться…

— Так что, его выпустят?

Ох, нашла у кого спрашивать!

Надо бы Дане этот вопрос задать, он держит руку на пульсе.

Но Мартина — это источник информации с другой стороны.

Вот дожилась, а? О подруге думаю, как об источнике информации и ни за что не хочу с ней делиться самым сокровенным — новостью о беременности!

Спросила у Мартины и едва дышала, замирая внутри от ледяного ужаса, сковавшего все тело.

Будто снова переживала те ужасные мгновения.

Переживала и понимала, что все-все сделала правильно. Я бы и сейчас точно так же поступила, прости.

Я все боялась, вдруг Мартина обмолвится, что мое имя проскользнуло.