Надеваю купальник, беру полотенце, выхожу из номера.

Вообще, я заметила, что все то время, пока я переодевалась, он сверлил меня взглядом, но специально встала к нему спиной. Пусть знает, что я обиделась.

Хотя чего я этим добьюсь? Роберт явно не из тех мужчин, которые просят прощения.

Интересно, была ли хоть одна девушка, которой он подарил цветы? Или которой сказал «я люблю тебя»? Сомневаюсь.

У него лёд вместо сердца, ему все это не нужно. Ему нужен просто секс.

Поднимаюсь и выхожу из лифта такой злой, что не сразу замечаю красоту вокруг. Большой бассейн на крыше, и кажется, что нет никакой перегородки, можно свалиться вниз. Конечно, это только видимость, но дух захватывает.

Оставляю полотенце на лежаке и иду плавать. Вода отвлекает меня от грустных мыслей. Ложусь на спину, закрываю глаза и обо всем забываю. Повезло — и народу не так много. Хотя я слышала, что иногда здесь не протолкнуться. Ведь сюда приходят абсолютно все отдыхающие: и те, у которых номер экономкласса, и те, которые живут в люксе, как я.

Кто-то хватает меня за голову и опускает под воду, едва успеваю задержать дыхание. Но сразу всплываю наверх. И слышу смех Роберта. Я кашляю, а он притягивает к себе:

— Ну, что, остыла?"

"— Нет! Ты меня чуть не утопил, — бью ладонью несильно, он снова обнимает, говорит:

— Не преувеличивай.

Ну вот снова, он ничего приятного не сказал, а сердце мое оттаивает.

Моя щека у него на плече. Я закрываю глаза. Так стоять ещё приятнее, чем лежать на воде.

Глава 24

Мы так долго проплавали в бассейне, что чуть не опоздали на самолет.

— Не понимаю, зачем так спешить, самолет все равно частный, — говорю Роберту, пока мы бежим к нужному выходу.

— У пилота есть другие рейсы, он работает не только на меня.

У меня было стойкое ощущение, что я что-то забыла. Когда самолет взлетел, я поняла, что оставила свой телефон на лежаке. Поворачиваюсь к Роберту, вздыхаю:

— Я забыла телефон!

— Куплю тебе новый, как прилетим.

— Там все мои контакты, и тетя будет звонить…

К нам подходит стюардесса с напитками, вежливо предлагает выбрать.

Когда она уходит, Роберт говорит:

— Ерунда, номер тоже восстановлю.

— А куда делась прежняя стюардесса?

— Я ее уволил.

— Почему? — спрашиваю и пытаюсь сдержать радостные нотки в голосе.

— Она мне никогда не нравилась, — отвечает равнодушно. У меня мурашки бегут по спине, почему-то представляю, что однажды он так и про меня скажет…

Мы хорошо долетаем.

Эмираты чем-то напоминают Сингапур. Высокие здания, современный ландшафт. Но здесь я чувствую себя не так уютно. Какая-то тревога внутри засела. Может, дело в том, что в этой стране женщинам принято не выставлять себя напоказ, закрывать лицо.