С Перовым мы ни разу в жизни не общались, поэтому я даже не сразу сообразила, что он зовет меня, если бы Вовка с сарказмом не сказал Матвею:

– Забей, тут за Катьку уже борьба начинается. Кто больше гонорар предложит… Не продешеви, малявка!

Матвей нахмурился, увидев Перова. От брата я знала, что у них с Давидом давние терки. В классе парни постоянно борются за лидерство, но мне на их отношения наплевать. Гораздо важнее, что Давид вдруг впервые решил обратиться ко мне после выступления.

Я тут же подалась вперед, оставив за спиной друзей. Давид тоже двинулся мне навстречу.

– Привет, – улыбнулся Перов.

Мне показалось, что он даже немного смутился, и это меня приятно удивило.

– Привет, – тихо отозвалась я.

– Катя, верно?

– Да, Катя… Десятый «А».

– Точно, – кивнул Давид.

Все было так нелепо и в то же время трогательно в нашем общении, что я почувствовала, как в животе приятно защекотало. Затылком я ощущала, как брат, Динка и Матвей прожигают нас взглядом.

– Мне понравилось, как ты пела, – наконец произнес Давид то, о чем я даже не мечтала.

– Правда? – счастливо отозвалась я.

– Ага! Конечно, последнее слово за Ириной Вадимовной, но со мной, как с солистом, она тоже посоветуется. Наверное, нам нужно предварительно спеть дуэтом, чтобы ребята решили, смотримся ли мы в паре…

В моих мыслях в паре мы смотрелись просто отлично! Но я решила с первого нашего разговора не сдавать себя с потрохами, поэтому сдержанно кивнула:

– Да, конечно, я все понимаю.

– Тогда до встречи, – вновь улыбнулся Давид.

– Надеюсь, что до скорой, – ляпнула я и застенчиво заулыбалась в ответ.

Когда Давид скрылся в актовом зале, я повернулась к друзьям, которые, кажется, даже положения не поменяли, пока я разговаривала с Перовым.

Матвей сверлил меня взглядом, Вова как-то странно усмехнулся, а Дина сияла так, будто я поговорила с наследным холостым принцем. По ее виду было ясно, что мысленно она нас уже поженила. Вова и Матвей знали, что раньше я никогда не горела сценой и общественной деятельностью, поэтому причина, по которой я записалась в хор, им тоже очевидна.

Матвей что-то негромко сказал Вове, и они направились к гардеробу.

Брат напоследок махнул рукой. Динка подскочила ко мне и заключила в крепкие объятия.

– Что он сказал?

– Что ему понравилось, как я пою, – обескураженно проговорила я.

– Да ла-адно! – протянула подруга. А затем счастливо приподняла меня над землей. – Представляешь, если вы замутите? Можно будет гулять парочками!

Виташ умел испортить настроение, даже когда его здесь не было. И для чего Дина все время его вспоминает?

– Ты можешь так не кричать об этом? – шикнула я на подругу.