— Мне не 5 лет, в отличие от Маруси я понимаю, то происходит, не нужно от меня ничего скрывать.

— Прости, милый, я забываю, что ты уже взрослый, — она ласково погладила его по щеке. — А где Маруся?

— Она с бабушкой.

Мама кивнула, даже не взгляну в на меня. Наверное, за столько лет я должен был привыкнуть к этому, но это все еще со мной. Ее холодная стена обжигает. Поэтому я избегаю встреч с семьей под любым предлогом. Любить их на расстоянии у меня получается лучше.

— Я позвонил Ивану, он приедет, когда решит вопрос с университетом.

Мама посмотрела на меня своими холодными голубыми глазами.

Точно такими же, как и у меня. Она просила не говорить Ивану о том, что случилось с отцом. Не хотела, чтобы он бросал учебу и беспокоился. Я это сделал не для того, чтобы он был рядом с семьей. Я так поступил лишь потому, что кто-то должен взять под контроль бизнес отца, пока он не поправиться. И этим человеком буду не я. Мой брат учится на экономическом, он умеет вести дела и никто лучше, чем он, с этим не справиться.

— Уходи, — сказала мне мама. — Я не хочу тебя сейчас видеть.

Я развернулся. Как будто когда-то это было по-другому.

— Мам…

— Все хорошо, — прервал я Мишку. — Пойду пообщаюсь с врачом.

И только развернувшись, я вспомнил, что плакса все это время была рядом. Она стояла тихо, но ее серые глаза были широко открыты. Я прошел мимо нее и вышел за дверь.

Я знал, что она считает нашу семью идеальной. Мама всегда улыбается и заботиться об отце и о своих детях. Папа, хоть и был трудоголиком, человеком, который с нуля построил свой бизнес, оставался чутким и любящим отцом. Они никогда не наказывали своих детей физически, старались дать им все то тепло, что у них есть.

Жаль только, что всего этого не было, когда родился я. Бабушка часто повторяла мне, что я сломал моим родителям жизнь и из-за меня у них не было нормальной молодости. Мама родила меня в 18 лет и, чтобы мы могли жить хорошо, отцу пришлось работать и учиться, одновременно с этим, пытаться строить свой бизнес. Мама бросила учебу, полностью посвятив себя материнству. Всему виной был я. Незапланированный ребенок.

Мама никогда мне такого не говорила прямо, никогда не обвиняла. Но этого и не нужно было делать, я все почувствовал сам, когда появился Иван.

Мама не отходила от него ни на шаг, повторяла, как сильно она его любит и как рада, что он у них есть. Конечно, мне тоже доставались слова любви, но чувствовал ли я ее? Нет. Зато я чувствовал ответственность за брата, мне сказали, что я должен его защищать и любить. Должен присматривать за ним, делиться своими игрушками и не должен его расстраивать. Вначале так и было. Я любил его. Но затем, с возрастом, пришла ревность к родителям. Он получал все их внимание, в то время как я продолжал быть незаметным для них.