— Хоть она и несет большую часть времени чушь и лезет не в свое дело, в одном она точно права, — Леша наклонился к моему лицу.

— Цц, — Марк цокнул языком. — Я пойду, пока меня не стошнило.

Мы машинально кивнули, не переставая смотреть друг на друга. Он нависал надо мной сверху, окутывая меня своим присутствием.

— В чем она права? — спросила я.

— Ты — моя лисичка, — его холодные пальцы коснулись моих разгоряченных щек, приятно остужая их. — Теперь я буду называть тебя так. Лисичка.

Мое дурацкое сердце сделало что-то не меньшее, чем тройной аксель от того, как ласково прозвучали его слова.

Теплота в его голубых глазах, бережное касание, словно я настоящая драгоценность. И я чувствовала себя в его руках маленькой льдинкой, которая таит от нежности, которой он меня окутывает.

Словно прочитав мои чувства, Леша наклонился ко мне еще ближе, согревая своим дыханием мое лицо. Он должен был менять поцеловать. Я чувствовала, что он хочет этого также сильно, как и я. Когда его губы приблизились к моим, я закрыла глаза, но ощутила лишь мягкое касание его губ сначала в уголок моего рта, а затем в щеку и последний, еле ощутимый поцелуй в скулу.

Мурашки побежали по моему телу, согревая каждую клеточку своей нежностью.

— Пойдем, лисичка, нас ждут, — он снова взял меня за руку.

Я бы пошла за ним куда угодно.

Алексей"

"Алиса просто отвратительно каталась на коньках. Ее умений хватало лишь на аккуратное скольжение вдоль бортиков. Выезжать в центр катка или, хотя бы разгоняться, она наотрез отказывалась, заявляя, что беспокоится за безопасность других людей. Ни один из наших аргументов о том, что это полный бред, не подействовал на нее.

Алиса все так же упрямо продолжала держаться бортиков.

Ребята пытались ее еще уговорить, но в итоге сдались и решили играть в догонялки. Мы часто играли в нее раньше, к тому же для нас коньки — продолжение наших ног. Ничего сложного в этом нет. Саша, как бывшая фигуристка, летала на них со всем изяществом и почти никогда не водила. Слишком быстрой и юркой она была.

Я остался кататься с Алисой. Как бы она не уговаривала меня присоединиться к ребятам, заверяя, что с ней все будет в порядке, я не хотел ее оставлять. Мне нравилось держать ее за руку и кататься в неспешном ритме.

Я слишком долго выходил на лед, чтобы утолить свою жажду скорости и нехватку адреналина. Холодная коробка всегда манила меня к себя и я чувствовала себя здесь, как рыба в воде. Но, держа Алису за руку, это чувство усиливалось в сто крат, отдаваясь в душе чем-то похожим на спокойствие. Так, словно я был дома.

Знакомый с детства холод, сжимающий сердце своей ледяной рукой и маленькая ладошка Алисы, согревающая меня, словно были созданы для того, чтобы я был счастлив.