И нашептывает ей, наверное, какая неисправимая сволочь этот Роман Литвин и прочие гадости…

А самое страшное, что до недавнего времени всё это было правдой. Репутацию Казановы, которой ты так гордился, никуда не денешь. Только работает она сейчас против. Да и Барканов насквозь тебя видит, потому, что сам такой же. Стал. В том числе и по твоей вине… Неприятно…

Ну что, Ромочка, вот и догнала тебя подпорченная карма… Когда уже не ждал. Схватила за шкирку, прижала к стенке. Не получилось всю жизнь беззаботно развлекаться и менять женщин, как перчатки. Всё-таки пришла она, настигла… Сокрушительная, как взрывная волна.

Чистая и искренняя. Негасимая и сумасшедшая. Сладкая и болезненная. Умом понимаешь что за чувство, только слово это произнести смелости не хватает… Даже наедине с собой. А вместе с ней появилась бешеная ревность. Просто разрывающая на части. Никто не смеет так смотреть на эту женщину, трогать, говорить что-то на ухо… Чертов Барканов…

Ксения встала с места и протянула Виктору руку. Прощаются. Он приобнимает её и невесомо прикасается губами к щеке. Животное. Пошел провожать до машины.

А как же он, Роман? Она, что, даже не обернётся? Не глянет? До такой степени разочарована признанием о Лиле? Обещала позвонить, как будет готова…

Беги за ней, идиот. Выплёскивай всё, что на душе… Убеждай, признавайся… Расскажи про разговор с Тихоновым, наконец. И про то, что любишь… Не слушай её, будь твёрже. Не дай закрыть себе рот и перевести разговор на другую тему, как было уже несколько раз. Не будь трусом.

Роман бросил на столик несколько купюр и заспешил к выходу.

— Куда так торопишься, Литвин? — раздался откуда-то сбоку голос Барканова, — Она уже уехала.

Роман обернулся и встретился с голубым взглядом исподлобья. Виктор оценивающе осматривал его с ног до головы, как будто что- то прикидывал.

— Даже не думай, что сможешь использовать её как месть мне, Барканов, — ощетинился Роман, — Я запрещаю тебе к ней приближаться."

"— Пффффф. Не смеши меня. Да и кто ты такой, чтобы мне что-то запрещать? Никто. Первый встречный. На сколько хватит твоего запала, Рома? На месяц? Потом сам остынешь, найдешь другой объект обожания. Мне даже делать ничего не придется.

Просто немного подождать и хорошенько утешить.

— Да пошёл ты… Не лезь не в своё дело. И, даже не надейся, месяц уже почти прошёл…

— Да ты что? — картинно изумился Виктор, — Поздравляю. Идёшь на рекорд.

— Чья бы корова мычала… В общем, я тебя предупредил.

— Твои влажные хотелки, Литвин, меня не интересуют. Теперь я её научный руководитель. Так что видеться мы будем очень часто, нравится тебе это или нет. Смирись. А лучше, отчаливай уже. Оставь её в покое.

— А вот хрен тебе.