Он хотел иметь рядом с собой королеву, себе под стать, а я застряла в образе простого врача. Попытки меня переделать не принесли успеха, и это раздражало. Тогда Лёша решил ломать меня морально, чужими руками. Сломал. Интригами, обманом и подкупом — обязательными атрибутами власти. Но своего так и не добился. Я не смогла жить с таким человеком.

— А Литвин-то твой на нас глядит и тихо бесится, — Виктор бросил удовлетворённый взгляд на столик, где Роман беседовал с клиенткой, — Смотри, его прям выламывает… Не ожидал. Как удаётся такого хищника на коротком поводке держать? С его-то многотомным послужным списком? Вон, глазищами зыркает, не оторвётся никак.

С удовольствием бы мне врезал, но нет, стейк мучает, подойти не смеет.

— А я его не держу. От слова совсем. Да и не знаю можно ли вообще такого привязать, если он сам не хочет. Насчёт него не обольщаюсь. Понимаю, что эти отношения — не навсегда, чего бы я там себе не напридумывала. И честно об этом говорю. Мы вместе, но без обязательств. Не знаю сколько это продлится. Месяц, два, полгода? Не думаю, что дольше… Без измен и пока обоих всё устраивает.

Хочет быть со мной — хорошо. Не хочет — всё равно не удержишь. Я не ограничиваю свободу. Пусть летит. Только обратной дороги не будет. Как и права на ошибку. И он об этом знает.

— Сурово. У тебя не забалуешь…

— А он меня так и зовёт — суровая принцесса.

— Романтик. Надо взять на вооружение. Твоя схема, конечно, рабочая. Только в ней нет места чувствам. С твоей стороны, по крайней мере.

— Ну почему же… Чувства есть. Я никогда бы не легла в постель с мужчиной, к которому ничего не испытываю.

И когда мы расстанемся, а это неизбежно, буду долго реветь в подушку. Только вот ему об этом знать совсем не обязательно…

33. Роман. И ты тоже?

Роман с тихой злобой со своего места наблюдал как Барканов разговаривает с Ксенией. Вроде, и причин особых нет, а внутри всё кипит и клокочет.

Вот о чём они так мило беседуют, что обоих придушить хочется? Виктор наклоняется вперёд, трогает её руку, улыбается. Ксения внимательно слушает, отвечает. Лица не видно, но она расслаблена, понятно, что ей с ним комфортно. Куча общих тем.

Конечно, он ведь врач. Да ещё однокурсник. Есть что обсудить со старым другом.

Ага, конечно. Этот душка как с Лилькой развелся, пустился во все тяжкие. Баб меняет, как дышит. И на Ксюшу облизывается, будто кот на сметану… И делает это демонстративно, чтобы Роман видел. Смотреть противно. Так бы и врезал по этой ухмыляющейся физиономии…

Ладонь свою поверх её положил. Скотина похотливая. И на него, Романа, взгляды бросает ехидные. Испытывает, сканирует, читает реакцию. Экспериментатор хренов.