Воля, собранная Олегом Васильевичем в единый сгусток, обратилась в праздничный воздушный шар. Ниточка натянулась, вырвалась из детского кулачка, и шарик весело, под пение райских птиц, устремился в безоблачное синее небо.

Задержанный неожиданно открыл в себе удивительную разговорчивость. Ему хотелось общаться и отвечать на вопросы. Он пришел в великолепное расположение духа. Кровь, еще струившаяся из носа, перестала занимать воображение. Боль улетучилась, наручники немного мешали жестикулировать, но это сущие пустяки, экспрессию можно добавить интонационно.

Томас включил магнитофон.

"Маэстро устроился поудобнее и ласково посмотрел на Олега Васильевича:

– Вот видите – ничего страшного. И даже очень приятно, правда? Как ваше самочувствие?

Мещеряков улыбнулся счастливой улыбкой.

– Мне очень хорошо, – сказал он проникновенно.

– Еще бы. А будет куда как лучше... Я начинаю думать, что мы с вами добрые друзья. Как вы считаете?

– О да, – охотно согласился тот. – Мы друзья.

– Вот и славно. Давайте мы с вами немного потолкуем. Меня очень интересует судьба вашего знакомого по прозвищу Санта.

Олег Васильевич мечтательно прикрыл глаза:

– Санта.

– Еще раз изменили?

– Да... Это неприятно, и мне жаль его, но скоро все заживет. Уже почти зажило, у нас хорошие специалисты...

– У вас? Кого вы имеете в виду?

– Мы – это организация.

– Подробнее, пожалуйста.

– Извольте. Это организация ветеранов войны... старикам приходится тяжело, они вынуждены держаться друг друга...

– Как вас зовут на самом деле?

– Максимилиан Кауфман. Я, признаться, уже начал забывать это имя.

– Давно вы в России?

Мещеряков закатил глаза, припоминая:

– Давно... много лет. Я редко бываю востребован...

Маэстро оглянулся и со значением посмотрел на Мадонну. Та с обманчивым равнодушием повела плечами.

– Расскажите про Санту. Все подробности. Как он сейчас выглядит?

Олег Васильевич с большим удовольствием продолжил рассказ. Предчувствуя, что допрос затянется, и не переставая внимательно слушать, Маэстро начал готовить новую дозу.

Глава двадцать первая

ВОДА И ВОЗДУХ

Цефа не успела послать Нешеру сигнал бедствия.

Ее вывели из строя в точности так, как это было проделано с капитаном Гладилиным. Методы противоборствующих сторон обычно мало чем отличаются один от другого. Отряд «Ашан» выступил в направлении вертолетной площадки; спустя какие-то десять минут после его отбытия в резиденцию израильтян уже по-хозяйски входили сотрудники германской разведки.

На сей раз немцы оказались осторожнее и израильтян, и русских. Хотя, конечно, как посмотреть. Когда отряд вернется с добычей, надежда только на фактор внезапности.