- Ради всех тварей, что ты творишь?! - Доран чуть ошалело помотал головой, взглянул сначала на меня, потом на Брайдса, который взирал на происходящее с непередаваемым выражением лица, держась за все еще кровоточащую руку.

Глаза некроманта вновь начали наливаться ледяной мглой, скрывая ярко-синюю радужку. Только этого мне не хватало!

- Дрейк! - теперь я кинулась уже к нему и обхватила ладонями лицо. - Возвращайся, успокойся. Я просто не нашла другого способа вернуть сознание Дорану. Он был под ментальным воздействием.

Некромант глубоко вдохнул и сплюнул кровь, выдавив:

- Я это понял.

Взор прояснился. Он взял себя в руки. Но зрелище являл собой нетривиальное. Разбитая губа, синяк на скуле и ссадины, оставленные, видимо, перстнем аристократа, промокшая от крови рубашка. Я сперва убедилась, что Брайдс уже успел помочь себе. Кровь больше не капала, но ране все равно требовалась перевязка.

Доран стоял, с долей растерянности осматривая собственные руки, сжимая и разжимая кулаки, будто не веря, что он только что сбил костяшки о лицо старого недруга. Оба выглядели не лучшим образом. Доран с наливающимися синяками по всему лицу, в порванной местами одежде.

Я метнулась к боевику.

- Ты пришел в себя? Надо помочь Дрейку залечить…

- Обойдусь! - донеслось сбоку недовольное.

Что ж, может, ему не так и плохо? Тогда надо убедиться, что Доран окончательно вернул рассудок. Я отвела его чуть в сторону.

- Что ты помнишь?

Он отвел глаза, в которых на миг отразилась боль:

- Я… - вздохнул. - Я знал, что отец способен на такое, но не думал, что станет использовать свои возможности, чтобы ликвидировать Брайдса.

Покачал головой и поморщился от боли. Все же Дрейк сильно сдавил его горло рукоятью топора.

- Но зачем твоему отцу это?

- Я скажу сейчас, но это лишь мои догадки. Советник всегда ставил интересы государства выше собственных и выше… - он осекся.

«И выше сына», - не прозвучало вслух. А я отметила, что он использовал обезличенное определение «советник» вместо «отец».

- Он считает, что Дрейк отрицательно влияет на Астора ти Амитала.

- А он-то тут при чем?!

- С тех пор, как Астор взял на воспитание Брайдса, он отошел от государственных дел, сосредоточился на академии. А ведь он сейчас практически единственный кандидат на престол.

- Ты же не думаешь, что советник хотел… - я не решилась выразить мысль, но Доран понял верно."

"- Захватить власть? Нет, не думаю. Он — плохой отец. Но верный подданный. Хотел бы, то со своими возможностями давно организовал переворот. Он же ментальное внушение применял только к шпионам и… к собственному сыну.

Заговорив о себе в третьем лице, парень выдал, насколько его задевает такое отношение родителя.