Снова стиснул зубы, а потом положил трубку.

— Ну что? — сжимая пальцы, нетерпеливо спросила Адель.

Пока я говорил, мы с ней переместились в обставленный мебелью из красного дерева кабинет. Порывшись в верхнем ящике, я достал ключи от черного БМВ. В отличие от Севера, его отец всегда предпочитал машины покрупнее. И ответил:

— Там авария. Трубу прорвало. — Посмотрел на девушку, спокойная и уверенная, пусть и с мелькнувшей грустью в глазах, в этой обстановке она смотрелась настолько органично, что даже мысль, вырвать ее из этого мира казалось бредом сумасшедшего. — Ему придется задержаться.

Взгляд Адель померк. Больше всего на свете мне хотелось поднять руку и погладить ее по щеке. Или просто прикоснуться, чтобы утешить.

— Но завтра у нас билеты на самолет. Надеюсь, он помнит.

— Мы говорим об одном и том же Северове?

— Ты прав, — одернула себя Адель тихо. — Это было глупо. Глупо, да. Просто я давно эту поездку планировала, сама выбирала места и апартаменты, так что немного переживаю.

— Ясно. Но… если хочешь, можешь съездить со мной за сестрой в школу. Это не Париж, конечно, — пожал я плечом. — Но тоже ничего.

Вот же недоумок! До чего же глупо все это выглядело. Красноречие — не твой конек, Уваров. Но Адель, широко улыбнувшись, ответила:

— Почему нет. Все лучше, чем бесцельно сидеть дома.

К школе мы приехали рано. Двор казался пустым и по осеннему унылым. Машин вокруг не было, хотя здесь вообще редко кто забирает детей на машине. Так, что я припарковался прямо напротив входа.

— Еще минут пять-десять, — сказал я, вытащив телефон и посмотрев на часы.

— Я не тороплюсь, — улыбнулась Адель, а потом вдруг добавила: — Не знала, что у тебя есть сестра.

— Да, Полина. Ей восемь. Просто в доме она обычно не появляется. Так что…

— Где ее отец?

— Ай, — отмахнулся я. — Долгая история. По крайней мере рассказывать ее дольше, чем этот ублюдок в нашей жизни присутствовал.

— Мне жаль.

Мне тоже.

Больше всего, что в том возрасте я был не достаточно силен, объяснить: тот, кто хоть пальцем обидит мою семью — встретится мордой с моим коленом. А мудак лишь отхватил между глаз. Еще легко отделался. Пусть у меня и был поставлен удар почти с детсва, но как много может сделать тринадцатилетний пацан против взрослого мужика?

Адель дотронулась до моей перемотанной пластырем руки, лежащей на коробке передач. Лишь на секунду. Ее привычка. Почти как у Макса, просто показать: «Я здесь. Рядом». Я поймал взглядом ее светлые глаза и торопливо отвернулся.

Судя по всему, прозвенел звонок, потому что школьные двери распахнулись и во двор потоком устремились дети.

Сестру я увидел сразу. Удивительно, но за пару месяцев она выросла еще больше. Остановившись, принялась ловить падающий с неба лист, а я, улыбаясь, наблюдал за ней.