Надо бы рассказать ему, что возможно в нашей дружбе теперь все изменится.

«Ок, — написала я. — Если придёшь раньше, закажи мне капучино с корицей»

«Договорились».

Мы вышли с разных концов коридора одновременно, друг другу навстречу, улыбаясь и поздравляя с новым годом!

— Как бабуля? — спросил Пашка, закинув руку на мои плечи. Признаться, я больше не шарахалась объятий с ним. После недели, проведенной с Виктором, этот блок на прикосновения начал таять. Да и Пашка уже не был чужим.

— Она в порядке, — улыбнулась я. — В первый же день после возвращения, принялась за уборку. Заставила меня перемыть все советские хрустальные люстры и начистить столовое серебро. Кажется, готовит мне приданое.

— А есть повод?

— Ну, как она говорит, если уж твой характер никто не вынесет, то может хоть на серебро позарятся.

Мы дружно рассмеялись.

В кафетерии было многолюдно, несмотря на праздники. Встав в хвост очереди, я оглянулась по сторонам, пытаясь отыскать глазами другие, светло-серые. Потому что точно знала, он здесь.

— Знаешь, я рассказал о случившемся маме. О том, как ты помогла мне, — сказал Пашка. — Ты на самом деле спасла меня, Ди.

Я похлопала его по плечу.

— Даже самые лучшие люди иногда оступаются. Так что не нужно благодарности. Просто больше не влипай никуда, ладно?

— Да, конечно, — кивнул он. — Знаю, это возможно преждевременно… Но мама очень хотела с тобой познакомиться.

Пашка продолжал что-то тараторить над ухом. Но я уже не слышала.

Потому что в глубине зала, за привычным столом у окна, в центре, заметила того, кого искала все утро взглядом.

На нем была слегка свободная белая рубашка, которая ему очень шла. Рукава чуть подвернуты, за запястье блестели часы. Рядом, примостившись у подоконника, о чем-то увлеченно рассказывал Макс. Кто-то подошел к ним поздороваться. Север повернулся, и мы встретились взглядами.

Вокруг как обычно толкотня. Смех, гомон."

"Одними губами он произнес «Привет».

И не осталось никого. Только мы двое.

И пусть взгляд Севера такой, что все вокруг должно инеем покрыться. Коркой льда. Я знала, что внутри горит огонь.

А потом он улыбнулся. Незаметно, уголком губ. И сердце подпрыгнуло в груди.

Вот только сердце не знало, что в ту же секунду оно упадет и разобьется. Компания парней, закрывающая стол Севера отошла, я увидела, рядом с ним Адель. Как и всегда, она держала его за руку. И только тогда я поняла, что было написано на лице парня. Извинение. Жалость. Неловкость.

Он и не собирался ее бросать. Король и Королева по-прежнему вместе.

Я едва не задохнулась.

«Надо поговорить».

Еще вчера я так упрямо верила, что в жизни бывает по-другому. Но нет, увы. Каждый получает лишь то, что отсыпано ему Вселенной. Правда у одних в небе окно размером с дирижабль, а у кого-то лишь приоткрытая форточка.