Север сидел, опираясь локтями на колени, наблюдая за мной чем еще сильнее заставлял нервничать.

— Я кровь сотру, — сипло выдохнула я, протянув руку. Коснулась ватным тампоном брови. На белой материи остался красный след.

Он чуть шире развел колени, чтобы я могла между ними встать. Его взгляд одновременно пугал и заставлял все внутри сжиматься, до дрожи. Привычной серо-голубой радужки почти не стало из-за расширившихся от полумрака зрачков, глядя в которые я падала словно в бездну.

— Ты загадал желание? — спросила я, стараясь, чтобы мои пальцы не дрожали.

— Нет, — ответил он.

— Я упустил свой шанс?

Дыхание замерло, до чего двусмысленными казались его слова. Наклонившись, я снова коснулась его лица смоченной в перекиси ваткой. Даже в полутемной комнате было заметно, как дернулся его кадык."

"Мы оказались слишком близко. Настолько, что я могла почувствовать запах его геля для бритья. Стоило немного наклониться и случилось бы непоправимое, поэтому я замерла на месте, стараясь даже не дышать. А потом за окном погас фонарь.

Комнату залило чернотой, среди которой я различала лишь вспышки гирлянд, да серебристый блеск мужских глаз, ломающих темноту ночи, лед в которых вдруг тоже заволокла тьма.

Я не осознала, в какой момент мои пальцы оказались в его волосах. Когда свет снова загорится, я сгорю от стыда, раскаляясь как солнце, но пока никто не видит, пока маски упали, быть может он позволит себя касаться?

Я не хотела думать о том, что будет дальше. Потому что именно сейчас, впервые за несколько лет, чувствовала себя цельной, целостной, живой. По-настоящему.

Он прошептал едва различимо:

— Иди ко мне.

И когда я едва не упала в обморок от страха, возбуждения и желания сбежать, коснулся своими губами моих.

Мягко. Как будто пробуя.

Его руки заскользили по моей спине, нежно и бережно, боясь испугать неосторожным движением. Вверх и вниз, приподнимая край тонкой блузки, приручая не бояться.

Сжав мою талию, он усадил меня на себя, и я задохнулась, скользнув вперед. Упираясь разведенными коленями в диван.

— Диана, — сипло прошептал Север. Широкие мужские ладони опустились на мои бедра, качнув на себя. А потом он вновь поцеловал — мягким прикосновением губ и кончика языка — для проверки моей решимости. И я позволила себе прильнуть к нему, признавая, что все это время хотела этого.

Месяцам пыталась избавиться от мыслей, заполняя их ненавистью и воспоминаниями о прошлом, в надежде, что образ Севера исчезнет из моей головы. Но не вышло.

Вдох. Выдох. Я закрыла глаза, снова встречая ртом его губы.

На этот раз глубоко, по-настоящему, сводя в слепой темноте с ума.

Попыталась чуть отстраниться, но он, не отрываясь от моих губ, прошептал «нет» и углубил поцелуй.

Господибожемой.

Я приподнялась, чтобы снова опуститься в его руки.