– Каждый уважающий себя опер должен следить за своим внешним видом. Да, я побывал в парикмахерской. Милая дама предложила мне опробовать новую услугу, я не смог отказать, вот и все.

– Дама… – протянул Лев. – Тогда понятно. Даме ты и правда не мог отказать. Хорошо еще, что тебе предложили всего лишь щеки побрить, а не голову."

"– Ну, с волосами я бы ни за что не расстался, – бережно огладил свою шикарную шевелюру Стас.

– Даже ради милой дамы?

– Даже ради нее, – хмыкнул Стас и спросил: – А ты чего такой угрюмый? Случилось что? Только не говори, что, пока я наслаждался нежными руками женщины-цирюльника, ты напросился на новое расследование!

– В «десятку», – кивнул Лев.

– Черт, Гуров, тебя на минуту одного оставить нельзя, – возмутился Крячко, но праведный гнев его остыл, так и не вспыхнув. – Хоть интересное? Хочется чего-нибудь кровавого. Маньяка с тесаком, душителя из подмосковной глубинки или, на худой конец, взрывателя, только чтобы эффектные взрывчики, резонансные.

– Пустомеля ты, Стас, – добродушно рассмеялся Гуров. – А дело может оказаться очень даже кровавым.

– Может оказаться? Ты что, не знаешь, какого рода преступление расследовать собираешься? Орлов не успел в курс дела ввести? – начал сыпать вопросами Крячко. – Это хорошо, что не успел. Вместе пойдем, тебе пересказывать не придется.

Лев открыл было рот, чтобы сообщить о том, что это он собирается предложить дело генералу, а не наоборот, но передумал. «Пусть идет, будет катализатором. Чем сильнее он станет возмущаться, тем больше шансов, что Орлов примет мою сторону».

Так уже бывало. Гуров выкладывает новости в кабинете генерала, вносит безумные предложения, связанные с расследованием, и Крячко непременно начинает возмущаться – и сложно это, и долго, и народу много требуется. А Орлов, выслушав его реплики, начинает аргументированно возражать. Сложно? Так на то мы и полиция, чтобы сложности преодолевать. Долго? А вы постарайтесь сократить срок расследования. Народу много? Да на кой вам вообще народ? Вы и вдвоем прекрасно справитесь. Заканчивались такие споры всегда одинаково. Орлов отдавал приказ выполнить оперативно-розыскные мероприятия в полном объеме, а Крячко возмущенно дулся часа три, после чего приступал к работе.

На этот раз фокус Гурова не прокатил. Крячко, услышав новость, на добрых десять минут лишился дара речи, зато Орлов заголосил за двоих. Ух, он распалился! К тому, как генерал умеет метать громы и молнии, Лев был привычен, но даже он не ожидал такой бурной реакции. Какими только эпитетами Орлов его ни наградил, пока запал не иссяк. Когда же у генерала поток красноречия закончился, из ступора вышел Крячко.