Естественно, никакого трупа там не обнаружилось, как, впрочем, и запаха гнили, но ни бабка, ни второй понятой возмущаться не стали, так сильно обоим хотелось посмотреть, как богатенький сосед живет. Участковый проверил все шкафы, просмотрел содержимое ящиков прикроватной тумбочки, заглянул в холодильник. Одним словом, осмотр жилья Якимушкина провел по всей форме и констатировал факт: исчезновение свое партнер Паршина не планировал, так как вещи, включая дорожную сумку и кучу кредиток, остались на месте. В холодильнике запас продуктов на неделю, большая часть из которых давно просрочена. И цветы на подоконнике засохли. Дорогие цветы, из настоящих питомников, как заявил участковый. Такие растения без присмотра без особой необходимости не оставляют.

И все же Якимушкин пропал. Испарился, исчез из поля зрения. Как ему это удалось? Не он ли тот самый человек, который звонил Паршину с номеров-однодневок? Гуров полагал, что это вполне вероятно. А раз так, значит, и преступление, на которое намекал Паршин в телефонном разговоре, совершил Якимушкин. Или знал, кто и какое преступление совершил. Для Гурова это означало одно: если он хочет разобраться со смертью Паршина, надо узнать все про преступление, совершенное в Череповце. А для этого нужно убедить генерала Орлова вернуть дело Олега Паршина из архива и вновь пустить его в разработку, а также уговорить Орлова организовать для Гурова командировку в Череповец. Дистанционное взаимодействие с правоохранителями Череповца – это, конечно, хорошо, но личного присутствия не заменит.

Пока Гурову в голову никакие гениальные идеи не шли. Только прийти и все выложить начистоту. Знать бы заранее, как генерал отреагирует, он бы так и сделал, ни минуты не сомневаясь. А если генерал откажет? Что тогда делать? Наплевать на запрет и ехать без одобрения? Бросить работу ради смутного ощущения того, что в деле Паршина не все гладко? «Представляю, как взбесится Орлов, когда узнает, что я все же уехал в Череповец, – размышлял Лев. – Тут строгачом не отделаешься. А Маша? Что скажет она?» Об этом ему и думать не хотелось. Его жена, Мария, очень тепло относилась к генералу, всячески поощряла их давнюю дружбу и категорически не терпела ситуаций, когда Гуров своим упрямством огорчал Петра Николаевича, как уважительно называла она Орлова.

– Эй, отчего ты друг не весел? Буйну голову повесил?

Гуров и не заметил, как в дверях появился Стас Крячко. Настроение у него было бодрое, щеки блестели, точно он их только пару минут назад выбрил. По кабинету разнесся приятный аромат одеколона вперемежку с запахом пены для бритья.

– Ты что, из парикмахерской? – удивленно спросил Лев.

– А что тебя так удивляет? – вопросом на вопрос ответил Крячко.