Ирония, смешанная с печалью, — ощутил Коркоран.

— Когда я был молод, глуп и склонен к авантюрам, я совершил ошибку, капитан. Не послушался своего почтенного родителя.

Оки было двадцать семь — слишком юный возраст, чтобы сожалеть об ошибках молодости. «Что он натворил?.. — мелькнуло у Коркорана в голове. — Поджег петардой папе кимоно? Или сорвал не ту хризантему в отцовском садике?» Его телепатический дар не являлся настолько сильным, чтобы воспринимать смутные мысли — а именно такие и бродили в сознании большинства людей.

— Мой родитель, коммандер Оки Сабуро, направил меня в Токийскую школу пилотов.

Такова семейная традиция — еще мой прадед закончил эту школу, и все мои достойные предки потом служили на Первом флоте ОКС, оберегая с неба Японию и всю планету. А я, — он почесал за ухом, — я, должно быть, выродок. Отучился два года и в восемнадцать лет удрал на Плутон, к лоона эо. В наемники, значит.

«Отправлюсь на Плутон… Туда прилетели эти… как их… лоона эо, вот! Им наемники нужны, бойцы!» — другой голос, совсем еще детский, прозвучал в ушах Коркорана. Как давно это было! Когда?.. И где?.

. Память услужливо подсказала: Мальорка, четверть века назад, смуглый мальчишка Хосе Гутьерес из Барселоны… Вряд ли он стал наемником; скорее всего, торгует вином, как дед и отец. А вот Оки Ямагуто, потомок пилотов и навигаторов, все-таки добрался до Плутона.

— Сколько ты на них горбатился? — спросил Коркоран, припоминая, что в личных файлах Оки записей об этом эпизоде нет. — Стандартный контракт? Пятилетний?

— Мне хватило трех месяцев, командир. Хватило бы и одного, но я колебался… понимаете, гири и гиму[19], долг самурая и все такое… Потом решил: что за долг перед чужими?.

. Они не сыновья Аматэрасу[20], не люди и даже не подобны людям, как фаата… Послал письмо отцу с мольбой о прощении. Он едва не разорился, но выкупил мой контракт. Упросил, склонив колени, чтобы восстановили в школе и не записывали в мое досье ни слова об этой позорной истории.

— Ну почему же позорной, — сказал Коркоран. — Сотни тысяч идут на службу к лоона эо, миллионы переселяются в их миры. Китайцы, индийцы, арабы, выходцы из Черной Африки, из Бразилии, из Индонезии…

Оки поморщился:

— По нужде, сэр, по нужде, а я пошел добровольно, как последний глупец, презрев обычай предков.

Что для других необходимость, то для меня позор!

В какой-то мере это было справедливо. Лоона эо являлись второй после фаата высокоразвитой расой, с которой земляне столкнулись в дальнем космосе, расой древней, лишенной захватнических амбиций, но обладавшей огромными богатствами. Они испытывали нужду в союзниках и защитниках, и Земля, с ее избытком населения, с множеством воинственных племен, вполне подходила на эту роль.