Завтра встретимся в нашем зале на торговом технаре, расскажу, что к чему.

Парни, нерешительно переглянувшись, все же уходят. Остаемся я и Армен. Он, немного согнувшись, стоит у дороги и все также держит руку, зажимая через чужую майку и повязку свою рану на животе. Я подошел к нему.

— Арменка, ничего не бойся. Все будет хорошо, мы на твоей свадьбе еще попляшем. Сейчас я поймаю машину, и мы поедем в больницу. Запомни, мы с тобой просто гуляли, и случайно наткнулись на двоих парней. Один высокий, черноволосый, второй светловолосый с широкими плечами. Оба были одеты в синие джинсы и в белые майки, как сейчас на тебе. Они до нас докопались, хотели деньги отнять. Во время драки, высокий, пырнул тебя ножом. Потом они убежали. Запомнил?

— Да-да — кивнул мне Армен.

Я услышал звук приближающейся машины и вытянул руку. Белая шестерка, с небритым усталым мужиком в качестве водителя, тут же прижимается к обочине."

"— Командир, до центральной горбольницы подкинешь? — просительно улыбаясь, спрашиваю я.

— Сколько платишь? — интересуется мужик, окинув меня и Армена быстрым взглядом.

— А сколько надо?

— Пятерку дашь?

— Поехали– сразу соглашаюсь я, хоть это и многовато, но я в любом случае дал бы сколько он не попросил, благо деньги у меня есть.

Открываю заднюю дверцу и помогаю Армену забраться внутрь. Он, стиснув зубы, садится, но все же не удерживается от стона. Осторожно сажусь с ним рядом.

— Что заболел парень? — участливо спрашивает мужик, трогаясь с места.

— Да, что-то боли в животе сильные, наверное, съел что-нибудь — охотно отзываюсь я.

— Так скорую надо было вызывать — вскидывается мужик.

— Да, пока ее дождешься, лучше уж самим — поясняю ему.

— Тоже верно, — кивает в зеркало мужик.

Всю остальную дорогу водитель молчит, а я на ухо шепотом повторяю Армену нашу версию произошедшего, дополняя ее новыми деталями, периодически переспрашивая его, все ли он понял. Армен только кивает. не в силах произнести хоть слово. Мужик подвозит нас прямо к приемному отделению, благо сторож на шлагбауме не стал артачиться и открыл нам путь в больничный двор. Там я усаживаю товарища на скамейку рядом со входом, даю ему его майку с кровавым пятном спереди и заставляю ее переодеть, а сам быстрым шагом захожу внутрь. Там, в помещении, за мутноватым оргстеклом, с красной надписью «Приемное отделение» наверху, сидит молоденькая девушка в белом халате и вопросительно смотрит на меня.

— Девушка, милая, помогите, пожалуйста! Там, во дворе, на скамейке сидит мой товарищ с проникающим ножевым ранением брюшной полости.

Уже через несколько минут, по пандусу, громыхает каталка с двумя санитарами. Я машу рукой, показывая, где мы находимся, и санитары бегом несутся к нам. Армена осторожно грузят на каталку и катят обратно к открытым дверям.