Но я это учитываю, даже на свой крутой нагрудник не рискуя принимать такие стрелы. Ибо не очень это приятно.

Пускаю стрелу в ответ! Моя змея летит чётко в грудь Стрижа. Но он успевает её поймать рукой на лету! Вот это реакция!! На запястье загорается руна, и моя трепыхающаяся змеюка ссыпается в металлический пепел тут же. Но да ладно! Пускаю ещё одну. Уворачивается, резко подныривая. Идёт на сближение. Я пячусь, делая вид, что не хочу этого. Стреляю ещё! Снова ловит и ссыпает.

А затем, шепча что–то, откидывает лук, который прямо в воздухе истончается, исчезая. В руке появляется тот злосчастный кинжал, который в прошлый раз выпил из меня почти весь резерв только одним касанием.

— Ну иди сюда, тёмный! — Злорадствует. — Мне и добыча уже никакая не нужна, после такой крупной рыбёшки!

Неожиданно резким рывком прыгает на меня. Так же резко я ухожу с линии атаки, и с разворота, что есть прыти, долблю его по спине «Морозко»!

Удар выходит, как по бетону, но с моим хватом, я выдерживаю этот импульс. Спина горящая рунами покрывается лишь инеем.

— Бррр!! — Фыркает Стриж. И выхватывает ещё! Теперь уже по предплечью, потому что успел повернуться. Оно тоже легко отбивает удар. Но судя по испугавшейся роже, энергия защиты бедолаги тает. Не зря я усилил морозящий эффект меча.

Нащупав слабину, ускоряясь на максимум, рублю со всех сторон, как станок. Даня отступает, принимая удары то на левую, то на правую руку. Льдины сыплются, звон стоит на всё поле.

— Хорош! — Кричит, отступая. — Как хорош!! Сильнее обычного, как сразу не догадался. Ой, уй! Холод собачий, как у тебя только совести хватает. Ух1 Хорош!

Резко отпрыгивает, минуя очередной удар. Успеваю уловить вспышку на икрах, где у него руны под штанами. Шепчет снова своё заклинание Изнанки! Успеваю уловить даже второе слово. Теперь знаю три из четырёх! Давай, давай, придурок.

Пока он достаёт что–то из своего магического кармана, вынимаю бомбочку с чернилами и я. И без всяких церемоний бросаю ему прямо в рыло. А следом пускаю Жало! Главарь успевает дёрнуться в сторону, лишь поэтому получает лишь скользящий удар в живот.

Однако и его хватает, чтобы гадёныш пошатнулся и даже вскрикнул. Призвав Жало, пускаю его уже в ляжку, вгоняя по самую рукоять и протыкая действующую руну. Она тут же и гаснет.

— Достал–таки, — кривится Стриж. — Недооценил я тебя.

Пробую пробить его корнями снизу! Но они ссыпаются, как и предполагал. Однако чувствуется, что защита его постепенно теряется. И вот с десятой попытки, удаётся прошить его в пятку.

Вскрикнув уже отчаянно, главарь валится на спину. Нависаю над ним со злорадной улыбкой:

— Ну что Стриж, допрыгался?

— Как же ты хорош, тёмный, — слышу с придыханием. — Знал бы, наведался прямо к тебе на хату и прибил бы ещё спящим. Но теперь поздно, твой ход.