Наблюдая, как уже пригибаются курии для выстрела, шевелюсь быстрее.

Оттягиваю руку и кидаю, что есть силы! Да ещё и с криком звериным. Пригнувшиеся дружинники, выглядывающие через колья, только и присвистнули, заметив, как красиво понеслось.

Хоть и по склону полетело, но сразу и не понял, доброшу или нет. Слишком быстро к земле снижается. Корректирую полёт магией, поднажав, но с такой бандурой сложно. Курии второго уровня, вероятно, тоже присвистнули, оторопев от приближения незнакомого оружия.

Но с флангов зашевелились всё же быстрее, шипами своими, заиграв.

Однако выстрелить не успели. Я довёл копьё до цели! Оно врубилось прямо в центр строя, не попав ни по кому, ибо твари расступились. И, похоже, даже посмеялись на своём, на курином.

Через секунду посылаю сигнал, и наконечник разрывается, выстреливая во все стороны шрапнелью. Полторы сотни уплотнённых крохотных пик прошибают насквозь туши, лопают глаза, цепляют конечности. По центру псин десять разбросало, остальные шарахнулись. Часть похромала, отступая в стороны. Всех не убил, но залп вражеский сорвался. Ценою сил и доброго куска резерва.

И пока твари приходят в себя, заскакиваю на колья и прыгаю со стены, расправляя плащ в крылья!

— Куда, дурачок! — Кричит Иван, спохватившись.

— За Искреном! Держитесь, братцы! — Кричу, планируя по склону, как, мать его, орёл над добычей.

Глава 3

Дела в баронстве Искрена

На лету успеваю пострелять из шрапнели бегущих на стену курий. Вышла почти ковровая бомбардировка, тварей пятнадцать поразил, сбивая спесь наступающих. Но и тратя при этом килограмма полтора боевого довеска.

Влетев во вновь собирающуюся батарею шипастых уродов, едва на шипы не насадился! Вовремя пустил ледяной шарик, замораживая спину, а когда коснулся сапогами, ледяные шипы посыпались, как миленькие.

Стрелы свистят несмело, стрелки, вероятно, решили поддержать мою атаку. Но в этом нет необходимости. Под розовым светом из зенок я вцепился когтистой лапой в глотку повалившейся на спину гадины и вырвал ей добротный кусок плоти. Брызнуло знатно мне прямо в лицо.

Розовая кровь оказалась горячее градусов на десять, а ещё она вышла не менее питательной для резерва, чем обычная красная. Но успел я поднять лишь единиц пять, продолжив активно действовать.

У курий второго уровня шкура плотнее, поэтому в упор прошибаются труднее. Пришлось добавить веса пикам для убойной силы. И чтобы не возиться долго, стараюсь сразу в розовые «фонарики» пускать. Как самый настоящий киллер, чёткими движениями без лишней суеты кладу псин с минимальными затратами. Первых вообще, как щенков беспомощных. А дальше уже поражаю бегущих и снимаю ювелирно на лету даже прыгающих, успевая увернуться от падающих по инерции туш.