Я знаю много прекрасных способов, как заставить говорить даже самых упёртых баранов.

Очевидно, стоит напомнить Булаевым, с кем они имеют дело.

До этого момента я был слишком терпелив.

Но сейчас они разбудили во мне демона.

Я в ярости. Захлёбываюсь, задыхаюсь в адском, безудержном гневе!!!

Бывали в моей практике такие же “провалы памяти”, как у супруги.

Так что для тебя, Алсу, у меня есть способ особенный.

Беру телефон, делаю звонок нотариусу.

Пусть немедленно готовит документы о разводе…

Возвращаюсь в особняк, быстрым шагом направляюсь в комнату Алсу. По дороге меня останавливает сиделка.

— Господин Демьян? Вы…

— Да, я без предупреждения! Я к Алсу, она в комнате?

— Извините, она спит. После занятий очень утомилась.

Плевать.

Я отпихиваю сиделку в сторону, которая встала у меня на пути, со всей силы толкаю дверь спальни жены, вхожу.

Жены…

Бывшей.

Вот так правильно обозначить её статус!

Лживой заразы!

Алсу, лежавшая на кровати, вздрогнула, приподнявшись на локтях.

— Демьян?

— У меня для тебя есть кое-какой подарок. Держи, — бросаю ей на колени папку. Папку с фотографиями Леонида с ребёнком.

По дороге домой я заехал в обозначенное место и взял документы на руки, чтобы бросить их в лица Булаевым.

Хочу оценить реакцию Алсу. Если действительно амнезия, она сделает каменное лицо, так и не поняв, кто перед ней.

— Что это? — мямлит настороженно.

— Я же говорю, подарок. Открывай…

Медленно, она открывает папку, застывая.

Алсу всхлипывает, прикрывая рот рукой.

По щекам моментально заскользили слёзы.

Хватаю её за руку, сжимая пальцы на запястье.

Пульс зашкаливает нереально…

Нет у неё никакой амнезии!

— Я всё знаю. Я всё выяснил. Здесь досье. Всё по полочкам расписано, милая моя супруга!

Мне хочется прямо сейчас ударить гадину.

Как муху помойную по стене размазать!

В пылу эмоций, замахиваюсь, но кулак застывает в воздухе.

Алсу безмолвно плачет, поглаживая пальцами снимок, на котором запечатлён Леонид с младенцем на руках.

Я что-то говорю ей, рычу, проклинаю! Но она молчит. Даже не пытается оправдываться. Всё её внимание направлено только на проклятый снимок!

— Ну, что ты молчишь, а?! Скажи хоть что-нибудь?

Жестко встряхиваю девчонку за плечи.

Она только сильней рыдать начинает, но взгляда от фотографии не отрывает.

Алсу вырывается.

Словно дикий зверёныш жадно хватает снимок, прижимая его к груди.

Ясно.

Шок у неё.

Потерять сына еще в утробе, а потом вдруг узнать, что жив он… Я бы сам обезумел от такого. Но младенец мне чужой.

Наш разговор прерывается робким стуком в дверь. В комнату заглядывает служанка.

— Извините, что помешала, но там госпожа Фаина и господин Назиф прибыли.

Замечательно!

Как раз вовремя.

— В кабинет их мой проводи.

— Слушаюсь.