Этим вечером они были друг другу под стать: она в дорогом платье из коллекции какого-то модного дизайнера, и Шохин в одном из своих костюмов-тройке, на этот раз черного цвета, в белоснежной рубашке и при широком ярком галстуке. Кажется, он и впрямь не равнодушен к своему внешнему виду, и использует фактуру, подаренную природой, вовсю. А уж в «Аристократе» его любовь к фирменным костюмам как нельзя кстати, смотрится барином, а, скорее всего, и чувствует себя им. Они прошли между столиков, и каждую секунду Нина ощущала сквозь тонкую ткань платья горячую мужскую ладонь на своей пояснице.

Костя касался ее настолько небрежно, настолько ненавязчиво, будто и правда имел на нее какие-то права, и был уверен, что она без всяких наставлений сделает все так, как он хочет.

— Я дождался свою даму, — объявил он, когда они подошли к столику в центре зала.

На них обратили внимание, Нина приветливо улыбнулась, хотя сердце взволнованно скакало в груди. Взгляд скользил по лицам мужчин, опасалась увидеть знакомых, но, по крайней мере, она никого не признала.

— Знакомьтесь, это Нина.

— Извините за опоздание, — негромко повинилась она.

— Да, Нина у нас девушка самостоятельная, предпочитает все делать сама, даже подвозить себя не разрешает.

— Никому не разрешает или конкретно тебе? Во втором случае она абсолютно права. — Из-за стола поднялся молодой светловолосый мужчина, улыбнулся и протянул Нине руку для знакомства.

Костя на Нину посмотрел и как бы извиняясь за своего приятеля, сказал:

— Москвичи — наглый народ.

— Евгений, — представился Нине блондин, сияя улыбкой, которая способна была затмить улыбку Тома Круза.

Он на самом деле был весьма привлекателен, но проигрывал Шохину в росте и телосложении, но дотягивал в размере самомнения, этого у обоих было не отнять. — Уверен, что этот хвастун про меня не рассказывал.

— Почему же? Костя говорил, что сегодня кто-то умрет при взгляде на меня. Кажется, он имел в виду вас.

Люди засмеялись, Евгений возмущенно глянул на Шохина, а тот удовлетворенно сиял глазами на Нину.

— Друг называется, — проворчал Евгений, отодвигая для Нины стул.

Происходящее казалось Нине необычным.

За столом она больше молчала, прислушиваясь к чужим разговорам, и отвечая только когда обращались непосредственно к ней. Хотя, не только она так поступала, все женщины были немногословны, и мужчины, чувствуя свободу, в конце концов заговорили о бизнесе. Нина, к своему удивлению, слушала с интересом, и время от времени смотрела на Костю, который сидел рядом, а когда она обращала к нему взгляд, непременно его ловил, и от этого Нина чувствовала легкое смущение, и с улыбкой отворачивалась.