Она с самого начала ждала, что настоятельница доложит старику о ее выходке, и теперь, подходя к дверям кабинета, готовилась решительно отстаивать свое право на свободу. В этот раз, получив несколько хороших результатов, она имела на руках аргументы, спорить с которыми не сможет даже хозяин.

Войдя в распахнутую охранником дверь, девушка подошла к столу и, поздоровавшись, молча положила на столешницу кожаную папку. С интересом покосившись на нее, хозяин нетерпеливо посмотрел на дверь и, раскурив толстую кубинскую сигару, тихо спросил:

– Что это?

– Результаты моих последних исследований. С того момента, как я отвоевала себе неограниченную свободу действий и передвижений, дело сдвинулось с мертвой точки. Теперь мы подошли к самому главному.

– К чему именно?

– К разрешению проблемы отторжения пересаженных клеток. Я поняла, что именно нужно делать. Осталось решить, как именно это сделать.

– И вы готовы решить эту задачу?

– Именно над этим я и размышляла, когда меня в очередной раз отвлекли этим вызовом.

– Хотите сказать, что я мешаю вам работать? – с интересом спросил хозяин.

– Нет. Я хочу сказать, что мне надоело без конца спорить с этой старой каргой и объяснять ей вещи, в которых она ни черта не смыслит. Доклады вам – это совсем другое дело. Здесь я рассказываю о результате, а не о ходе исследования. И вы не вмешиваетесь в работу.

– Но мать-настоятельница по образованию биолог и вполне способна разобраться во всех ваших терминах.

– Может быть, когда-то она и получила диплом биолога, но в генетике она не смыслит ни уха ни рыла. К тому же она слишком давно не брала в руки лабораторных стекол, – резко возразила Лиза.

В этот момент дверь снова открылась, и в кабинет, тяжело переставляя ноги, вползла настоятельница. Бросив на соперницу беглый ненавидящий взгляд, она подошла к столу и, коротко поклонившись, заговорила:"

"– Хозяин, как я уже докладывала по телефону, поведение послушницы Лизы недопустимо и требует немедленного применения самых суровых мер. Она осмелилась застрелить двух охранников и поднять руку на меня саму. Я требую…

– Требовать вы будете от своих подчиненных, настоятельница, – резко осадил ее хозяин. – Здесь вы можете только просить. А теперь отвечайте, почему вы позволили себе отдать приказ об аресте послушницы? Разве я не ясно сказал, что ее нельзя отвлекать от работы?

– Вы сказали ясно, хозяин. Но ее поведение было просто недопустимым, – упрямо повторила старуха. – Она осмелилась разбить о стену микроскоп, а потом повысила на меня голос, когда я пришла требовать от нее ответа за такое поведение.

– Она послала вас к дьяволу, а вы привели охрану.