Плюхнувшись на карниз, Алексей вскинул автомат и, выпустив две очереди подряд, хищно оскалился:

– Еще двое в минусе.

Выбранная им позиция была господствующей, и теперь он мог просто перестрелять их. Главное, чтобы патронов хватило. Но, очевидно, то же самое понял и противник. Прозвучало несколько гортанных, лающих команд, и на двух бойцов обрушился свинцовый град. Вжавшись в скалу, Алексей выжидал момента, когда начнут перезаряжать оружие.

Неожиданно среди грохота выстрелов и визга пуль он расслышал слабый голос Васильева. Срываясь на фальцет и приседая от напряжения, профессор кричал, задрав голову к его карнизу:

– …а-ата!

– Чего?! – заорал Алексей, стараясь не поднимать головы.

– Гра-а-та!"

"Обернувшийся к профессору Максим охнул и, не обращая внимания на шквальный огонь, высунулся из-за валуна, выпуская в противника очередь в полрожка. В ту же секунду что-то небольшое ударилось о скалу – и раздался оглушительный взрыв. Карниз, на котором лежал Алексей, треснул, и вместе со своим пассажиром рухнул в пропасть. В медленно угасающем сознании парня мелькнула странная мысль: «Вот что он кричал: „Граната”».

Дальше стало темно и спокойно. Очнулся он от резкой боли в груди. Сделав пару осторожных вдохов, Алексей прислушался к собственному телу и, стараясь не шевелиться, подумал: «Похоже, ребра сломаны».

Придя к такому выводу, он решил провести инвентаризацию всего организма. Медленно открыв глаза, он покачал головой из стороны в сторону и, убедившись, что шея цела, попытался пошевелить руками. Здесь тоже все оказалось почти в порядке – десяток саднящих ссадин и порезов он за ущерб не считал. Ноги оказались засыпанными щебнем и небольшими камнями, но переломов не было.

Осторожно выбравшись из-под завала, Алексей встал на ноги и, оглядевшись, подумал: «Похоже, дело к вечеру. Только почему я ничего не слышу?»

Медленно проходя по периметру площадки, на которой оказался, Алексей неожиданно понял, что ему неимоверно повезло. Взрыв, оторвавший карниз от скалы, сбросил его, вместе с камнями, на небольшую площадку, находившуюся прямо под тем местом, где завязался бой. Не дальше, не ближе. Ко всему прочему, лететь ему пришлось всего-то метров пять. Как оказалось, сам карниз состоял из пластов какой-то горной породы, не расколовшейся, а разъехавшейся, как колода карт.

Осмотрев скалу, Алексей удовлетворенно кивнул и попытался улыбнуться. Разбитые при падении губы отозвались неприятной болью. От площадки до самой тропы тянулась трещина. Покрутив в руке разбитый автомат, Алексей выщелкнул магазин и, пересчитав патроны, в очередной раз вздохнул. Вместе с нетронутыми рожками, патронов вполне хватило бы для продолжения боя.

Но сейчас не время было сожалеть об упущенных возможностях.