Навоз скакуна благородных кровей изгадил ковры, которым было несколько сотен лет, привезенные из древней столицы Бирмы – Амартуры. Генерал приказал сжечь все тканые изображения святых Теравады, поскольку они раздражали его. А в 1945 году, когда дворец защищала горстка японских и бирманских солдат, все те же английские артиллеристы, взявшие его в осаду, просто стерли город с лица земли.

От крепости остались только ров да кольцо внешних стен. Так был потерян один из самых знаменитых на востоке Золотых Городов. Так что не вам говорить о дикарях, и не вам считать себя венцом творения. Скорее уж, потомками тупых тварей, – жестко закончил профессор.

Не ожидавший такого отпора англичанин смущенно потупился, пытаясь найти достойный ответ. Обведя сидящих долгим, усталым взглядом, Васильев в очередной раз вздохнул и, пожевав сухими, потрескавшимися губами, добавил:

– В общем, решайте сами, что делать дальше. Можете как я: сидеть и ждать неизвестно чего, а можете собраться и идти. Куда? Я не знаю. Именно поэтому я предпочитаю ждать. Знаете, что самое смешное в нашей с вами ситуации? – неожиданно спросил он.

– И что же? – скривился ушибленный профессором англичанин.

– Что я, имея очень удобную возможность требовать от своего помощника подробного отчета о его планах, не делаю этого, предпочитая полюбоваться на результат. А вы, прячась по углам, регулярно ходите к нему и требуете какого-то отчета. Но, господа, с чего вы взяли, что он должен перед вами отчитываться?

– Но мы не его подчиненные и не должны покорно следовать за ним.

– А он вас и не зовет, – пожал плечами Васильев.

– Что это значит?

– А это значит, что вы в любой момент можете вернуться обратно в свою клетку и сидеть там до скончания века. Это будет ваш выбор, и отговаривать вас никто не станет. Но если уж вы решили выйти оттуда, то решайте и дальше сами, куда вам идти. Но вы упрямо цепляетесь за парня, требуете его помощи, при этом почему-то думая, что он обязан считаться с вашим мнением.

Вынужден в очередной раз огорчить вас, господа. Здесь и сейчас нет никакой демократии. Как нет никакой цивилизации. Есть только человек, способный вытащить нас из этой передряги, и все, что от всех нас требуется, это сидеть молча и не мешать ему делать свое дело. Вся ваша демократия заключена только в одном. Вы можете искать выход сами, а можете продолжать цепляться за него. Позволю себе дать вам один совет. Не путайтесь под ногами. Это все, что я хотел вам сказать.

– Значит, отвечать на наш вопрос вы не собираетесь? – с непостижимым упрямством переспросил все тот же англичанин.

– Я уже сказал вам все, что знал, – усмехнулся Васильев.

– Не знаю почему, но мне кажется, что вы упорно что-то скрываете от нас, – подумав, ответил англичанин.