Тяжело вздохнув, он закинул веревку на плечо и ухватил паренька подмышки. Осторожно подняв, он прислонил парня к валуну и, привычным движением положив его себе на плечи, медленно выпрямился. Мальчишка почти ничего не весил. Перехватив его повыше, Алексей уложил груз поудобнее и, не обращая внимания на страдальческий стон, решительно зашагал обратно.

Теперь нужно было найти палатку экспедиционного врача. В такую пургу мимо нее можно было пройти раза три и не заметить. Старательно подсвечивая себе фонариком, Алексей добрался до лагеря и, припомнив, где именно стоит эта палатка, направился в нужном направлении. Их появление было встречено не столько удивлением, сколько недовольством.

Поспешно спрятав бутылку с какой-то прозрачной жидкостью, доктор нацепил на нос очки, которые надевал только во время приема и, с подозрением покосившись на паренька, которого Алексей осторожно укладывал на узкий походный топчан, спросил:

– Ты где это убожество взял? Надеюсь, он ничем местным не болен.

– У него с ногой что-то, и недокормленный какой-то, а так вроде ничего, – пожал плечами Алексей.

Он давно уже привык к своеобразному отношению их врача к новоявленным пациентам. Доктор достал свой походный сундучок и, включив еще одну лампу, принялся старательно осматривать ногу парня. Алексей отступил в сторону, чтобы не мешать, и сложил руки на груди.

Распоров штанину, доктор ловко смыл запекшуюся кровь и, рассмотрев рану, тихо зашипел сквозь сжатые зубы. Заглянув ему через плечо, Алексей мрачно хмыкнул и, покачав головой, направился к выходу. Услышав, что он выходит, доктор быстро развернулся и, сдернув очки, возмущенно спросил:

– Вы куда это собрались, молодой человек?

– Хочу позвать кого-нибудь помочь вам.

– Сами справимся. Иди сюда, – решительно приказал врач, снова надевая очки и поворачиваясь к мальчишке. – Ты с ним разговаривал?

– Пытался, но он меня не понимает.

– По-английски?

– Ну не по-русски же, – фыркнул в ответ Алексей.

– Странно, на чистого азиата он не похож. Скорее, полукровка. И вынужден с тобой согласиться, он действительно недокормленный. Так, а это у нас что такое?

Вопрос был чисто риторический и относился к странной татуировке на плече паренька, которую доктор обнаружил, когда обнажил его торс для прослушивания легких.

– Доктор, у него вообще-то нога сломана, – осмелился напомнить Алексей, заранее предвидя реакцию врача.

– Знаю. Открытый перелом со смещением. Вон кость торчит. Но мне нужно знать его общее состояние, чтобы решить, какое количество обезболивающего ему вкатить. Вправлять такой перелом под местной анестезией – садизм. Не понимаю, как ты его вообще сюда дотащил."

"– А чего тут такого? – не понял Алексей.

– Он сознания от боли не терял?

– Нет.