Девушка заметила, что на одном из них сломалась пряжка. Она быстро принесла их назад и посоветовала сходить в супермаркет, где работает мастер Ашот, который легко все исправит. Я отправилась к сапожнику и столкнулась в его мастерской с Борисом, который забирал из починки очень красивые, светло-бежевые туфельки Вали с небольшими каблучками, украшенными стразами.

– Ну и что? – не понял Макс. – Мы спрашивали Петрова, когда тот последний раз видел Валентину, и Боря ответил: «Вечером она позвонила, сказала, что в квартире отца полно дел, поэтому заночует там.

Я сходил в супермаркет, поужинал и рано лег, потому что не очень хорошо себя чувствовал. А утром хотел предупредить Валю, чтобы не приходила домой, осталась у Николая Георгиевича, так как у меня, похоже, грипп. Но Валя на звонок не ответила. Я решил, что она в банке на совещании, и не забеспокоился».

– Вот! Валентина была у отца и, по словам жениха, более в их двушке не показывалась. Так каким образом в момент гибели на ее ногах оказались бежевые туфли со стразами на каблуках? Если Валя не заходила в свою новую квартиру, то никак не могла надеть обувь, которую Боря забрал у Ашота в районе девяти вечера.

Жених опять же, по его словам, с ней виделся днем после сороковин у Весенина, где она делала уборку. В это время ее лодочки еще были в мастерской. Но на трупе именно они. Следовательно, Борис соврал. То есть где-то Валя с ним встречалась. И ведь он, когда описывал нам одежду, в которой последний раз видел Валентину, упомянул те самые бежевые туфли. Только тогда я не обратила внимания на его слова, а вот сейчас сломала каблук, и меня осенило. Стало понятно, отчего Яна не расстроилась при известии о смерти брата. Она знает, что, во-первых, он в больнице, значит, по улицам не ходит, под колеса угодить не мог, а во-вторых, зовут его не Бронислав Комаров, как указывалось в фальшивой сводке, а Борис Петров. Кстати, в каком он сейчас состоянии?

Макс не успел ответить, в конце коридора возник Антон и почти побежал к нам.

– Звонили из клиники, – запыхавшись, сообщил он. – Больной очнулся и заявил, что его отравили. По документам парень Бронислав Петров. Фамилию менял официально, в заявлении написано: «В связи с тем, что мой отец Петр Комаров отбывает пожизненное заключение за смерть моей мамы и пассажиров взорванного им автобуса, хочу взять фамилию покойной матери».

Макс прищурился.

– Почему же ты сразу не нашел упоминания о том, что Бронислав Комаров стал Брониславом Петровым?

– Глюк системы, – забормотал Антон, – случается такое. Я вводил данные Комарова – и ничего. А стал искать Петрова – вывалилось сообщение про изменение данных.

– Ладно, – процедил Макс.