Потому выглядела на редкость спокойной, улыбалась и крайне серьезно взволновала своим поведением и без того неспокойного папашу.

Он все пялился на меня, силясь разгадать, что в моей голове крутится, и насколько жестоко я собираюсь обмануть его ожидания. Или не обмануть? Может, я все-таки прислушалась к его словам и теперь думаю про зачатие и будущего маленького дракончика? И потому такая спокойная и улыбчивая? Или не думаю? Или что?

Все эти мысли настолько явно читались на его лице, в его взгляде, постоянно бегающем от бабки ко мне и обратно, что я с трудом сдерживалась, чтоб не засмеяться.

Колдовство, что ли, какое-то?

В принципе, от бабки всего можно ожидать, даже этого, но это как-то уж чересчур…

В итоге мы приехали к центральному зданию, самому красивому, самому величественному из всей дворцовой группы, благополучно выгрузились и проследовали за напыжившимся сверх всякой меры папашей по традиционной красной ковровой дорожке в освещенную миллионом электрических свечей залу.

Удивительно, что я уже не волновалась, видно, веер бабки помог, и множество взглядов, устремленных на нас, выдержала вполне спокойно и даже не особенно покраснела.

В порядке живой очереди мы подошли к Императору Анджееру, стоящему рядом со своей матушкой, вдовствующей Императрицей Аниерой, поздравили с праздником.

Анджеер, чуть наклонившись ко мне и весело поблескивая глазами, проговорил низким, не вполне приличным, интимным даже голосом:

– Миледи… Вы совершенно очаровательны… Но зачем же такое закрытое платье? Лишаете нас возможности насладиться вашей несравненной красотой… В полной мере…

При этом он настолько красноречиво посмотрел на мою запакованную в непрозрачную вуаль шею, что сразу стало ясно: небольшая шалость его названного брата пару дней назад не прошла мимо высочайшего внимания.

"В принципе, неудивительно, было бы странным, если б во дворце можно было просто так разгуливать и залезать в покои официально незамужних девиц… Даже названным братьям Императора. Но до чего стыдно…

Я, не сдержавшись, полыхнула румянцем, что-то пробормотала онемевшими от смущения губами, а бабка, величественно взмахнув веером, выдала:

– Ах, эта современная мода, Ваше императорское величество… Никакой изысканности… Вот в наше время, я скажу вам…

Тут ее и прервали быстренько, потому что про прошлые славные времена Анджееру явно было не интересно.

Мы отошли в сторону, подальше, чтоб не у всех на глазах быть. Папаша тут же усвистал в сторону мужчин, а мы остались стоять, окруженные со всех сторон дамами и молоденькими девушками, которых на балу было просто какое-то невообразимое количество.