– Может, Торрельсон не знал о письме отца?

– Дело не только в письме, – покачал головой Пол. – Я приехал сюда с определенной целью – если не найти с ними общий язык, то хотя бы объясниться.

– Вам не в чем себя винить.

– Тогда почему я чувствую себя виноватым?

Повисла тишина, и Адриана слышала, как журчит вода в бойлере.

– Потому что вам не все равно. Потому что вы изменились.

– Для Торрельсонов ничего не изменилось. Они по-прежнему считают, что я убил Джилл, – вздохнул Фланнер. – Представляете, каково знать, что тебя считают убийцей?

– Нет, – призналась Адриана, – не представляю. К счастью, никогда не попадала в подобную ситуацию.

Пол расстроенно кивнул.

Адриана надеялась, что его лицо смягчится, а когда этого не случилось, неожиданно для себя взяла Фланнера за руку. Сначала ладонь Пола казалась напряженной и холодной, а потом его пальцы потеплели и сплелись с ее пальцами."

"– С этим трудно смириться, и все же вам нужно понять, – осторожно начала она. – Даже если бы вам удалось поговорить сегодня утром с отцом, мнение сына вы изменить бы не смогли. Он страдает, а в таком состоянии всегда проще искать виноватого, обвинять кого-то, в данном случае вас, чем смириться со смертью матери. Вы расстроены и не осознаете, что сегодня утром сделали что-то очень важное.

– Что же?

– Выслушали Торрельсона-младшего. Конечно, он не прав, но вы дали ему возможность высказаться. Ему стало легче, а скорее всего именно этого и добивался Роберт Торрельсон. Он понимает, до суда дело не дойдет, поэтому и хочет, чтобы вы знали, как им больно.

Пол невесело рассмеялся:

– В вашей интерпретации все выглядит не так плохо.

Адриана сжала его руку.

– А чего вы, собственно, ждали? Что они станут внимательно вас слушать, а потом тут же со всем согласятся? Особенно после того, как наняли адвоката, хотя знали, что нет ни малейшего шанса выиграть? После того, как ознакомились с заключением независимой комиссии? Они хотели, чтобы вы выслушали их, а не наоборот.

Фланнер молчал, чувствуя, что новая знакомая права. Как же он сам до этого не додумался?

– Понимаю, вы расстроились, – продолжала Адриана. – Торрельсоны не правы; в том, что случилось, вашей вины нет. Сегодня вы сделали шаг навстречу им, хотя и не были обязаны. Думаю, вы можете собой гордиться.

– Вы ведь предполагали, что случится нечто подобное, верно?

– Ну, не совсем.

– Вы все поняли еще сегодня утром, как только я рассказал про Джилл Торрельсон?

– Полной уверенности не было, но о таком варианте я подумала.

По лицу Фланнера скользнула улыбка.

– Знаете, вы совершенно необыкновенная женщина.

– Это хорошо или плохо?

Пол аккуратно сжал ладонь Адрианы, думая, что ему нравится держать ее за руку. Это казалось так естественно, будто они держались за руки уже много лет.