После школы он стал учеником на заводе, где и проработал сорок лет, получая скромное жалованье, ежегодно увеличивавшееся на несколько долларов. Отец носил войлочную шляпу даже летом и каждый день, захватив обед в жестяной коробке, выходил из дома без четверти семь, чтобы пройти полторы мили до завода пешком.

Вечерами отец облачался в теплый пуловер и вельветовые брюки, которые с годами все сильнее вытягивались на коленях. Ему нравилось сидеть при свете старой лампы и читать приключенческие романы и книги о Второй мировой войне. В последние годы жизни, до того, как начались приступы болезни, благодаря старомодным очкам, кустистым бровям и морщинистому лицу он стал больше походить на преподавателя колледжа, чем на рабочего.

Облик отца излучал спокойствие и умиротворение, которое Адриане очень хотелось перенять. Наверное, из него мог бы получиться неплохой священник. Всякий, кто его встречал, тут же понимал – этот человек живет в мире с собой и окружающими. Отец Адрианы умел слушать – подперев подбородок рукой, он смотрел в глаза собеседнику, а его лицо выражало сочувствие и терпение, радость или грусть. Как жаль, что он не в силах утешить Аманду! Ведь он сам потерял жену, и внучка наверняка бы прислушалась к его словам.

Месяц назад Адриана пыталась побеседовать с дочерью. Она говорила очень осторожно, стараясь обходить острые углы, но Аманда в гневе выскочила из-за стола."

"– У нас все было по-другому, не так, как у вас с папой! Вы не сумели найти общий язык, потому и развелись. А вот я любила Брента, люблю и буду любить всегда! Я потеряла его! Тебе никогда не понять того, что я сейчас переживаю!

Адриана промолчала, но когда Аманда вышла из комнаты, опустила голову и прошептала одно-единственное слово: «Роданте».

* * *Адриана очень жалела дочь, однако еще больше беспокоилась из-за внуков, детей Аманды. Максу исполнилось шесть, а Грегу – четыре. Мальчики сильно изменились за последние восемь месяцев – оба притихли и замкнулись в себе. Даже в футбол не играли! Макс хорошо учился, и все же каждое утро уходил в школу со слезами. Грег снова стал мочиться в постель и при малейшем поводе закатывал истерику. Адриана понимала, что малыши остро переживают смерть отца, а депрессия Аманды еще более ухудшает ситуацию.

Благодаря страховке дочь могла не работать. Тем не менее первые два месяца после смерти Брента Адриана ежедневно бывала в доме дочери, проверяя счета и занимаясь внуками, пока Аманда рыдала в своей комнате. Адриана старалась поддерживать дочь, внимательно слушала, когда той хотелось выговориться, настаивала, чтобы Аманда выходила из дома по крайней мере на пару часов, надеясь, что свежий воздух вернет ее к жизни.

Некоторое время казалось, что дочь идет на поправку.