— Козел муж, семейка, высасывающая кровь, неудачные романы, потеря моего племянника…

— Достаточно! Замолчи! — крикнула, сжимая кулаки от ярости.

Я теряла самообладание. Ещё чуть-чуть и…

— Зоя, разве ты не чувствуешь? Мы одно целое.

За волосы и за дверь.

— Я чувствую, что ты чокнутая, которая навела про меня справки.

— Прости, не нужно было затрагивать тему твоих мужчин. Мы ведь ещё те собственницы, — замолчав, отвела взгляд. — Понимаешь, мне же без труда дается общение. Я всегда знаю, что сказать, как расположить к себе. А с тобой все по-другому, — посмотрела на меня.

— Меня не особо волнуют твои коммуникативные навыки. Мне плевать, что ты была в их жизни. Я хочу, чтобы ты ушла и перестала за мной следить, потому что это не нормально и попахивает преследованием.

— Не прогоняй, позволь все рассказать. Доказать, что я твоя сестра. Хотя, стоит только посмотреть на нас, мы же близнецы, — с горечью проговорила, цепко схватив меня за руку.

— Отпусти, иначе я тебя ударю.

Тяжело вздохнув, Мишель отошла от меня на шаг.

— У тебя на лобке две родинки. Под левой грудью родимое пятнышко, похожее на полумесяц.

— Откуда ты…

— Потому что у меня так же, — перебила, начиная расстегивать штаны.

— Ты хочешь показать мне свой лобок? — приподняла бровь.

— Думаешь, это слишком? — застыла, смотря на меня широко открытыми глазами.

У меня вырвался смешок, за ним последовал второй, который перерос в хохот.

Мишель вся покраснела, а меня еще больше пробивало на смех.

— Мне показалось это хорошим аргументом, — обидчиво произнесла, сложив руки на груди.

— Вот же умора. Не обижайся, но тебе придется найти другие аргументы, желательно, без обнаженных частей тела, — махнула рукой вниз.

— Ты выслушаешь меня? — посмотрела с надеждой.

— Как будто у меня есть выбор, — закатила глаза, перемещаясь по кухне. — Но сначала мы выпьем кофе.

— Да. Кофе — то, что нужно. Я не спала двое суток, все думала, что тебе сказать.

— И ничего лучше не придумала, как снять с себя штаны? — насмешливо уточнила.

— Хватит надо мной смеяться, это неприятно.

— Думаешь, смотреть на чужой лобок приятно?

— Я не сняла штаны.

— Но хотела.

— Просто… — глубоко вздохнула. — Забудь.

— Какая жалость, что у меня отличная память и забыть не получится.

— Фак.

— И, ради бога, застегни штаны, а то нервирует.

Застонав, отвернулась от меня, и пыталась застегнуть молнию, которая заела.

— Фак. Фак, — тихо шептала.

А я только закатывала глаза, расставляя кружки на барной стойке.

— Садись уже и рассказывай, а то времени у меня не особо много. Так что тебе стоит быть убедительной и ничего с себя не снимать.

— Больше не собираюсь, — фыркнула.

— Так ты моя сестра?

— Да. Мы близняшки.