Когда я поинтересовался у нее, что думает по этому вопросу ее дочь (вряд ли тут обошлось без участия Евгении), то услышал: «Моя дочь готова подождать, пока ты наберешься опыта»."

"— Не прикидывайся идиотом! Ты считаешь, так просто было продвинуть тебя на пост мэра?

— Может и не просто, только меня при этом никто не спросил. Это раз. Менять место работы, как и место жительства я пока не планирую — это два.

— А прежде чем отказаться, посоветоваться с семьей ты не мог?

— А разве семья собиралась что-то менять? — не могу сдержать удивления.

— Что ты имеешь в виду? — тут же встрепенулась Евгения.

— Насколько я понял, ты лично ничего не планировала менять, но при этом решила отправить меня неизвестно куда. Или это не так?

— Ты хочешь, чтобы наш сын учился непонятно где? — возражает жена.

Не могу сдержать своего удивления. Ведь раньше Женю не особо волновала учеба Филиппа.

— Насколько мне известно, образование везде одинаковое.

— Но не его качество!

— Серьезно?!

— Да!

— Тогда этот вопрос снимается. Или мы едем вместе — так как без семьи я никуда не поеду — или остаемся. Это все?

— Нет! Костя, как ты не понимаешь?! Это же шанс подняться! Здесь ты выше зама не прыгнешь!

— Женечка, а я и не собираюсь никуда прыгать.

И повторяю: такие вопросы нужно решать вместе. Вместе! Понимаешь? И если все согласны, то тогда уже и думать, что делать.

— Папа, я тоже не хочу никуда ехать, — встревает Филипп.

— Тебя вообще никто не спрашивает! — рявкает Евгения. — Еще раз влезешь в разговоры взрослых — поедешь учиться в кадетский корпус!

— Да с радостью! Уж лучше кадетский корпус, чем жить с вами! — огрызается Филипп.

— Филипп, не груби матери, пожалуйста, — прошу сына.

— Папа, она реально достала меня своим кадетским корпусом! Если я так мешаю — сдайте в детдом! Там и то лучше будет!

Евгения собирается что-то ответить, и мне приходится ловить ее за руку, многозначительно сжав при этом.

— Никто, никого, никуда сдавать не будет. Доучиваться ты будешь здесь, — отрезаю я, глядя при этом на жену.

Евгения промолчала, но я и думать не смел, что жена втихую решит перевести сына в другую школу. Она лично отвозила его к первому уроку — такое внимание со стороны матери ребенок получал, наверное, впервые. Только Филипп после ее ухода возвращался в старую школу.

Пока из-за его опозданий и пропусков мне не позвонила Ольга Васильевна.

Не знаю, как смог сдержаться. Это был, пожалуй, первый раз, когда Евгения перешла все границы. Но больше всего я опасался, что из-за ее капризов у Полины действительно могли появиться серьезные проблемы.

И мне ничего не оставалось, как самому идти к своей теще."

"Александру Филипповну я всегда считал не только умной женщиной, но и человеком, способным давать адекватную оценку происходящему.