Кладу руки на его виски и массирую их большими пальцами. Нежно целую его губы, нос, щеку…

— Я тоже, — шепчу, когда он стискивается меня в своих руках.

Глава 25

КХ: «Вылетаю через час. Буду дома в районе восьми вечера.».

Я: «Можно взять один из твоих галстуков? Хочу сделать сюрприз…».

К сообщению прилагаю свое автофото, где сижу голенькая спиной к камере, с переброшенным за спину галстуком самой консервативной расцветки из всех, что у него есть. Он понятия не имеет, через что мне пришлось пройти, чтобы сделать это фото таким, какое оно есть. Непринужденным и эротичным.

Мне потребовалось пятьдесят кадров и час времени.

КХ: «Если повернешься передом, можешь забирать себе мой кабинет.».

Я: «Как все прошло?». - интересуюсь я.

КХ: «Расскажу, когда ты будешь подо мной.».

Как же я люблю его грязные фразачки. Уверена, многие люди даже не догадываться, какой Константин Борисович пошляк. Но, даже говоря пошлости, он выглядит так, будто спрашивает о погоде. От этого я вообще улетаю.

Я: «Жду тебя, мой герой…»."

"К этому сообщению прилагается еще одно фото, потому что я не сомневалась, что он захочет вид спереди.

Там я в его белой рубашке. Сижу на диване, широко расставив ноги на носочках. Одна рука свисает с колена, прикрывая меня между ног. В остальном я совершенно голая и рубашка здесь присутствует лишь в качестве декорации.

На создание этого шедевра у меня ушло все воскресенье.

КХ: «Ты оху*ная. Можешь забирать себе мою должность.».

Покрываюсь румянцем и распускаюсь, словно цветок лотоса, согретый моим личным пошлым солнцем по имени Константин Князев.

Он сказал, что доберется до дома сам, следовательно, после работы я могу сразу ехать туда же.

Впереди еще целый рабочий день.

Мой Князев сейчас на другом конце света, от этого немного не по себе. Сегодня в лифте я встретила Благова, и он присвистнул в ответ на мой провокационный образ. Он даже не сразу меня узнал. Это невероятно порадовало. На мне те самые кожаные штаны, белая базовая футболка и ботинки милитари. Чтобы завершить образ, я использовала помаду сливового цвета и собрала волосы в пучок на макушке. В качестве аксессуара напялила длинные металлические серьги, которые оказались ужасно тяжелыми.

Либо я просто отвыкла от них.

— Ты разве не должна тосковать по своему мужику? — благожелательно осведомился мой попутчик, засунув руки в карманы своих отглаженных брюк.

— Он мне не хозяин… — пожав плечом, отвечаю я, хотя мы оба понимаем, что это лишь жалкая попытка отшутиться.

Я жду его, как схождения Благодатного Огня. Истово и без сомнений.

— Не забудь сказать ему про АмегаГлобал… — напоминает Паша, выходя из лифта.

Блин, он так это сказал, словно намекал.