Как будто он не может сделать ей ребенка! Это было оскорбительно и взбесило конкретно.

Однако больше всего его взбесила фразочка жены: «Рассчитывать ты можешь только на Пашину зарплату».

Он просто балдел от ее наглости! Корыстная стерва. Все это время сидеть за его спиной, а потом сказать, что это она все сама заработала, а его тут только зарплата? Пора Машу спустить с небес на землю и показать ей, кто он, и кто она.

И все же он хотел дать ей шанс, пытался еще раз поговорить с глазу на глаз. Понимал, что Маша могла спороть горячку, старался войти в ее положение. Неожиданно для нее, да. Но потом-то? Он же объяснил ей по-человечески, что не обидит ее. Отсыплет ей столько, что ей по гроб жизни хватит. Может, даже больше.

Но остальное, извини, ЕГО!

А она, значит, решила с ним воевать. Адвоката уже нашла. **здец. И кого?! Думает, ноги раздвинет и он позарится на нее?! Да кому ты нахрен нужна!

Глухая ярость вскипела в душе.

Но тут Наташа завозилась рядом, он чмокнул ее в макушку, сказал:

- Спи.

И отвернулся.

***

На следующее утро первое, что Павел сделал, это навел об Иевлеве справки.

Накануне Маша легла поздно и засыпала с трудом, а утром проснулась, как обычно. И даже чуточку раньше. Сработала привычка.

Конечно, вид в зеркале был еще тот. А мысли роились, роились мысли.

С лицом что-то надо делать.

Она залезла под душ, потом нанесла маску и некоторое время ходила так по дому. Пока прибирала постель и вертелась в кухне, готовя сыну завтрак. И вообще, всячески оттягивала время, перед тем как снова заглянуть в зеркало. Потому что видела она там взрослую бабу."

"Гусиные лапки вокруг глаз, морщинки на лбу, носогубные складки завалились, кое-где подвисает шея. Даже если не считать следов вчерашних слез. Кожа уже не та, нет той шелковистой свежести. А глаза...

Надо ли удивляться, что муж нашел молодую? Может, он в этом не так уж и неправ? Любой мужик глянет и скажет, ну правильно, я бы тоже выбрал помоложе.

Ведь и она когда-то была такой же юной, с сияющей золотистой кожей. С хвостиками... Но двадцать пять лет, черт побери. Беременности, роды, хронический недосып, нехватка денег, маленькие дети, муж. Потом - работа, работа, работа. Поднимать семью, помогать ему, тащить на себе все. Но это в прошлом. Сейчас ей сорок пять, и у мужа молоденькая девочка. А она - как чайный пакетик. Использована, выжата. Только выбросить на помойку.

Это было непросто проговорить про себя, потому что уничтожало ее самооценку в ноль.

Даже становилось страшно. Куда ты лезешь? - хотелось сказать. Чего ты там добьешься? Человек, бывший твоим мужем, просто пройдется по тебе катком. Есть тысячи способов...

Просто возьми, что тебе дают, и уходи.

Она стояла, опершись ладонями о столешницу раковины, и смотрела себе в глаза.

Уйти и отдать все?

Нет.