Она выпрямилась и спросила:

- Когда?

- В идеале сегодня. Но есть кое-какие дела, значит, завтра.

- Я спрашиваю, когда вы вернете меня, Павел Всеволодович? После развода?

- Ты понимаешь, - он заерзал на подоконнике, потер левую бровь и уставился в левый угол. - Я пока не знаю точно. Придется подождать.

А ей вспомнилось, что говорил Иевлев:

«Когда по вашей милости Павел Торопов полетит со своего места, вместе с ним полетит много голов. А это большие злые дяди, Наталья Константиновна. Никто не любит терять деньги и бизнес, и если вы думаете, что сможете сухой выйти из воды, то вы наивны».

И нет, наивной она не была. Но допустить, чтобы ее как использованную салфетку вышвырнули, не могла.

- Да, и еще, - продолжал Павел.

Он теперь встал и ходил взад и вперед по кухне.

- Те акции, что у тебя в доверительном управлении. Нужно переписать доверенность, - сказал он и повернулся к ней. - Это надо сделать завтра.

- Нет, - сказала Наташа.

- Что - нет? Не поняла? Слушай внимательно, я повторяю...

- Я ничего не стану переподписывать, - проговорила Наташа. - Эти акции принадлежат мне.

Он зло расхохотался:

- Как ты сказала?! Ты что думаешь, я буду продлевать тебе срок доверенности?!

- Думаю, да.

- Да ты охренела, Наташенька. Я не стану этого делать.

- Вам же не нужна огласка? Значит, вы все сделаете, - теперь она встала и смотрела на него. - И снимете мне квартиру. Но это уже завтра.

- Да ты!..

Она уже не слушала, пошла из кухни прочь.

***

Павел просто НЕ ВЫДЕРЖАЛ. Хлопнул дверью и ушел из дома.

Некоторое время он сидел в машине, матерился в голос.

Бл***! Как все повернулось! В клещи его взяли, в клещи! Глава города нехорошо проходился по нем, как кот с мышью играл. Павел понимал, что у главы на него что-то есть. Иначе с чего такие намеки?"

"Копают под него. Не зря Малахов как падальщик кругами ходит. Получается, он на волосок. Он рычал, стукая кулаками по рулю и потом снова сидел, уткнувшись носом в ладони.

Все из-за девчонки, из-за малолетней сучки! Хитрая тварь. И вот эту тварь он пригрел рядом с собой. Дело ей хотел доверить.

Павел зашелся злым хохотом.

Человеком ее считал. А она ему?

«Вам же не нужна огласка? Значит, вы все сделаете».

Переобулась в воздухе.

Куда что делось?!

Была нежненькая, беззащитная, котеночек... «Я так давно люблю вас, Павел Всеволодович». Лживая тварь! Вспоминал, как она собралась, сидела с сумочками, слезки роняла.

«Я же вижу, у тебя из-за неприятности. И я... Мне лучше уехать...».

Да если б он знал тогда!

Секунды лишней не стал бы ее задерживать.

Сейчас от злости, дикой досады и обиды он был в таком состоянии, что проткни его ножом, кровь не потечет. Павел просто не мог оставаться с этим один, это распирало его, нужно было выговориться. И да, черт бы его побрал, он готов был звонить бывшей жене. Но Маша внесла его в черный список.