Но кто станет проверять, да? – К тому же моя мать была выдающимся алхимиком, поэтому предлагаю оставить наши… разногласия и решить все обиды и недопонимания во время обучения. Преподаватели не станут идти мне на уступки, только потому что я дочь герцога, потому что таким образом они подорвут авторитет всей академии, а значит самого ректора и императора.

Позади толпы раздались глухие хлопки. Девушки и немногочисленные юноши расступились, пропуская декана факультета алхимии. Севера Хальда. Обладателя пепельно-русых длинных волос и прозрачно-серых глаз. Я ещё во время собеседования обратила внимание на его необычную внешность.

– Браво, леди Асвид, – ровно произнёс он и протянул мне руку. Я машинально пожала её, что не совсем принято этикетом. – Меньшего я и не ждал от дочери герцога. И раз уж я стал свидетелем вашего… разговора, хочу лично поздравить с зачислением на мой факультет. Скоро мисс Брэкет вывесит списки поступивших и не сомневайтесь, ваше имя там есть, – дружелюбно улыбнулся он, хоть это и выглядело немного жутковато. – Ждём от вас высоких результатов. Всё-таки ваша мама знаменитая Люсильда Асвид, не запятнайте её имя.

– Приложу для этого все силы! – заверила я, исполнив реверанс.

В груди взволнованно стучало сердце.

«Я, правда, поступила? Вот папа обрадуется…»

***

Отец ожидал в столовой. Дворецкий сразу же доложил о моём возращении, и папенька велел подавать ужин, на подготовку к которому выделил мне двадцать минут.

Пришлось воспользоваться помощью служанок. Они помогли мне быстро раздеться, ополоснуться и переодеться в вещи, любезно приготовленные камеристкой, которая и с причёской проворно справилась.

Оливия обладала некоторыми навыками бытовой магии, за что я её очень уважала и ценила. Её способности не раз меня выручали.

Я расправила плечи, взялась за ручку и решительно покинула свои комнаты. Нет смысла оттягивать неизбежное, нужно просто принять свою судьбу. Принять с гордостью, ни о чём не сожалея.

Да, сначала я хотела убедить отца позволить мне учиться хитростью, потом хотела взять шантажом, но… я уже и так натворила дел. Буду честна и открыта.

– Ваша светлость, – исполнила книксен, подошла и бесцеремонно поцеловала отца в щёку. Звонко. От души. – Как твоё самочувствие?

Герцог сцепил пальцы под подбородком, окинув меня скептически-снисходительным взглядом.

– А ты как думаешь?

– Думаю, прекрасно, ведь у вас, ваша светлость, такая замечательная дочь, – игриво подмигнула и села рядом.

Слуги тут же засуетились. Я расстелила на коленях салфетку, развернула влажное полотенце и вытерла руки.

– Не подхалимничай мне тут, – деланно-строго вымолвил он и взял приборы. Слуга поднял крышку, накрывавшую блюдо.