– О! Ещё как поступлю! – разгорячённо воскликнул герцог Асвид, подскакивая с места. – Через неделю устроим помолвку и сообщим всему высшему свету, что моя несносная дочь, наконец, выходит замуж!

В глазах Мэй задрожали слёзы.

Герцог выпрямился, расстегнул верхнюю пуговицу камзола…

Слезы дочери всегда вызывали в нём жалость и чувство вины. И Ральф Асвид прекрасно знал об этом. Знал, но пытался бороться со своей слабостью. Со своей чрезмерной любовью к дочери, которая и привела его к беде…

Ещё одного алхимика он не переживёт. Потерять не только супругу, но и дочь… За что Пресветлые так несправедливы к нему?

– Разговор закончен. Больше никаких дискуссий на эту тему. Отправляйся в покои, приведи себя в порядок и можешь начинать готовиться. Дам приём на следующей неделе. Озаботься, чтобы модистка успела пошить платье. Ты должна блистать и вызвать восхищение в глазах жениха, стать ему достойной партией, – как можно строже произнёс он, внутренне борясь с самим собой.

Так хотелось обнять дочь. Как раньше. Покачать на коленях, почитать о похождениях Глупого рыцаря или отправиться на конную прогулку. Вместе…

Ну вот зачем ей учиться? К чему подвергать себя опасности?

– Это моё последнее слово. Ступай, – велел нахмурившись, и указал на дверь.

– Будь мама жива, она бы не одобрила твоего самодурства… – внезапно зло выпалила Мэй, вставая с кресла.

– Что?! – изумлённо воскликнул Ральф. – Ах ты!.. – он схватил со стола пачку документов и замахнулся ими. – Нахалка! Убирайся к себе! Что б глаза мои тебя не видели!

– Как прикажете, папенька, – едко процедила негодница и бросилась за дверь кабинета.

Ральф обессиленно рухнул в кресло, хватаясь за грудь. На лбу выступила испарина.

– Вот дурная… – выплюнул в сердцах. – В могилу меня сведёт…

Налил себе воды в треснувший стакан, а после достал из ящика бумагу и принялся составлять письмо для Виктора.

Ральф не хотел выпускать дочь из-под родительского крыла, не видел её примерной чей-то женой и не думал о том, чтобы выдавать её замуж. Ещё пару лет можно было потянуть, потом бы всё равно за ней выстроилась вереница желающих сродниться с великим герцогом. Но…

… негодница решила учиться.

– Только через мой труп… – процедил он, облизнув кончик пера."

"И, если уж речь зашла о браке, то лучшей кандидатуры, чем Виктор Гард не найти во всей Флорарии. Какая удача, что он сам явился по этому поводу.

Бывший ученик, подающий большие надежды, великий драконорожденный… И как замечательно сложилось, что именно он является ректором академии Драгхар. Уж он-то не допустит, чтобы его невеста обучалась в его же академии. Ещё и на ахлимика. Какой удар по репутации…

***

Мэй прижалась к двери, ощущая себя загнанной птицей.