А дальше был непроглядный мрак и боль, много боли. В меня капля за каплей пробиралась тьма. Через глаза, рот и уши, через поры она заполняла меня, вытесняя все прочее.

Я упала на колени, будучи не в силах стоять на ногах. Я слышала крик, но не сразу сообразила, что он вырывается из моего рта. Меня будто вывернули наизнанку, перебрали все внутренности и завернули обратно.

В какой-то момент на миг открыв глаза, я увидела на лестнице Лори. Она спешила мне на помощь.

— Оставайся там! — вскинув руку, прохрипела я. — Не подходи!

Лори застыла посреди лестнице. За ней стояли Сумрак и Чуди. Я понимала их желание спасти меня, избавить от боли, но прямо сейчас они бы только помешали.

Пришла в себя я на полу. Щеку что-то кололо, и я с усилием приподнялась. На досках пола были глубокие борозды с торчащими щепками. Они и кололись. Мне потребовалось время, что понять: эти борозды — следы от моих ногтей. Я царапала пол от боли.

Лицо было мокрым от слез. Я кое-как вытерлась рукавом платья. И тут на лестнице раздались шаги. Лори и фантомы, устав ждать, спускались ко мне. В руках у Лори было покрывало. Она уже спустилась к лестнице и была уже рядом, как вдруг резко остановилась.

— Что-то не так? — охрипшим от крика голосом спросила я.

— Нет, — натянуто улыбнулась Лори, — все в порядке. Ты жива, это главное.

Преодолев оставшееся расстояние, она накинула покрывало мне на плечи и помогла подняться на ноги.

— Идем, тебе надо отдохнуть, — она повела меня обратно в спальню.

Я не сопротивлялась. Сил едва хватало, чтобы плестись вверх по лестнице, и то без помощи я бы не справилась. Под локоть меня поддерживала Лори, сбоку подпирал Сумрак, и даже Чуди, ухватившись сзади за воротник платья, тянула меня вверх, помогая держать равновесие. Так и добрались.

Перед глазами все плыло и двоилось. Зрение сфокусировалось, лишь когда Лори ввела меня в спальню.

Она почти дотащила меня до кровати, но я вдруг резко остановилась. Все потому, что увидела свое отражение в зеркале, а контрено волосы — черные с широкой белой прядью впереди. Кажется, я снова сменила окрас.

Я все еще стояла напротив зеркала, когда за спиной послышалось шипение. Обернувшись, я увидела Чуди, грозно расправившую крылья. Учитывая ее размер и преобладание розового в окрасе, даже в позе для атаки она вызывала не страх, а умиление. Такая милая злая зефирка, ути-пути."

"Вслух я этого, конечно, не произнесла, чтобы не обидеть Чуди. Зато удивилась:

— В чем дело? Ты меня не узнала?

Докатились, мой собственный фантом посчитал меня чужачкой. Это все из-за соединения с тьмой.

Чуди склонила голову на бок, приглядываясь, а потом неуверенно опустила крылья. Кажется, все-таки признала. Хороший знак. Тьма не полностью уничтожила мой свет, пожалела.