Неужели она своему ребенку квартиру не организует?

— Думаю, к свадьбе организует, — заторможенно отвечает мама, все еще переваривая масштаб моего вранья.

Внезапно папа вставляет свои пять копеек:

— Да только парнишка не торопится, и наша мама решила, что если предоставить жилье, он попробует совместную жизнь и втянется. Если что, я был против.

Теперь взрывается мать:

— Как это против? Ты слова поперек не сказал!

— Тебе, пожалуй, скажешь! Вам с Ленкой хоть кол на голове теши."

"Так и продолжается этот уютный семейный вечер, переходя от драк и выяснений к упрекам и претензиям. Заканчивается все, когда у меня начинают слипаться глаза.

Полностью опустошенная я отчаливаю домой.

Эпилог

На бис

Общения с семьей я получаю с таким избытком, что даже с Кристиной на работе стараюсь не пересекаться. Да и из дома звонит мне пока папа, явно смущенный этой возложенной на него повинностью. Он впервые ответственный за коммуникацию, и кажется, ему неуютно в этой роли. Зато папа не читает нотаций и сворачивает разговор за пять минут.

А вот другой ответственный подкладывает мне свинью.

Он подло и тихо, без всякого предупреждения отбывает в командировку.

Из принципа ему не пишу, и не звоню.

Хотя на столе у меня с завидной регулярностью появляются то цветы, то игрушки, то конфеты.

За неделю, что Зарецкого нет, даже ядовитые сплетницы подуспокоились, потому что появилась новая тема для обсоса. Кто-то из отдела маркетинга застукал своего мужа с лучшей подругой и теперь смачно то уходит, то возвращается, грозя разводом.

Я тоже понемногу прихожу в себя, радуясь, что Кристина держит язык за зубами, и в офисе не знают о моей афере. Только я никак не пойму, к чему Зарецкий продолжает подбрасывать мне эти знаки внимания.

Словно не дает забыть о том, как я облажалась.

И у него получается.

К выходным я так себя выматываю, что, вернувшись в пятницу домой, я принимаю душ и заваливаюсь спать прям сразу. Девчонки все, как одна, отговорились от встречи личной жизнью, к родителям я ехать пока не готова, значит, будем отсыпаться.

Открываю я глаза посреди ночи, не сразу понимая, что меня разбудило. Уже выспалась, что ли?

А потом ухо улавливает знакомые звуки.

Саундтрек фильма, который в детстве я смотрела буквально на повторе.

«Маска Зорро».

И мелодия льется прямо с улицы через балкон. Сейчас кто-нибудь вызовет полицию, чтобы заткнуть весельчака, но это буду точно не я.

Раскинувшись звездой, я вслушиваюсь в гитарные переборы и вдруг понимаю, что к ним примешивается еще какой-то тревожный звук. Скрежет.

Потом тихий мат. Прочувствованный такой.

А потом в проеме распахнутой балконной двери появляется силуэт.

В шляпе.

В плаще.

Походу, я все. Сошла с ума.