У нее в мужьях такой мэн, что можно слюнями захлебнуться.

— Вот сама бы за него и выходила! — злюсь я.

— Так за него, может, и вышла бы, — не теряется сестра, — да он на тебя глаз положил.

— С чего это? Как это? — я растерянно опускаюсь на стул.

— Ты не знаешь? — удивляется Марина, приподняв тонкие брови. — Он же выбирал. Из нас троих. И ты ему понравилась больше всех.

Я рассерженно поджимаю губы и отвожу взгляд.

— Как товар на рынке, — бурчу, хмуря брови. — Папа меня действительно продал.

На кухне повисает молчание. Лера сдирает лак со своих коротких, квадратных ногтей, Марина теребит концы прямых, темно-русых волос и смотрит перед собой.

— Может и продал, — через некоторое время вздыхает Лера, — зато хоть одна из нас сейчас живет нормально.

— Вадим тебя ведь не обижает? — внимательно смотрит на меня Марина. У нее глаза, как у отца. Такие же миндалевидные, темно-малахитовые. Но смотрят по-другому: мягко и внимательно.

— Не обижает, — улыбаюсь я, в который раз осознавая, как мне повезло с мужем. По крайней мере, он относится ко мне, как к человеку, а не как к какой-то вещи. — Вадим хороший.

— Рассказывай, — глотнув кофе, велит Лера. — Все рассказывай. У нас нет друг от друга секретов.

И я рассказываю им, что умудрилась влюбиться, рассказываю о ситуации с моими разбитыми коленями и журналистами, которые сделали из этого скандал. А еще… делюсь своими переживаниями. Может, так мне будет легче?"

"— Думаешь, твои чувства не взаимны? — задумчиво переспрашивает Марина.

Я киваю.

— Да, наверное так. Он меня не любит. Это все не для него, Вадим сам говорил.

— Значит, полюбит, — пожимает плечами Лера, — как тебя можно не полюбить? Он вообще пробовал твою фирменную запеканку?

Я усмехаюсь.

— Нет, не пробовал. Ему это не интересно, наверное.

— А ты приготовь, — советует сестра, — и вообще: он просто испугался.

— Испугался? — хмурю брови я.

— Ну да, — уверенно кивает Лера, — по-любому. Скоро придет в себя и все поймёт. Он выпендривается.

— Все-то ты знаешь, — бурчит Марина. — Ты что, спец в отношениях?

— Помолчи, а? Я ее успокаиваю, — шипит Лера. — Не видишь? Она загналась!

— Что значит помолчи? — возмущается Марина. — Я — твоя старшая сестра, между прочим. И если надо — достану тапок и отхожу тебя по заднице, как десять лет назад!

— Да хватит вам, — влезаю я. — Давайте лучше я вам пирожные принесу? Вкусные, воздушные. Хотите?

— Пирожные? — задумчиво сдвигает брови на переносице Лера.

— Ну да, — улыбаюсь я, — сегодня я поухаживаю за вами. А вы будете отдыхать.

Я приношу сестрам пирожные, наливаю ещё кофе. А потом мы все вместе переодеваемся и идем во двор, на шезлонги, что стоят перед здоровенным бассейном. Половину дня мы загораем, болтаем и дурачимся, толкая друг друга в воду.