Где-то в его недрах хранятся мои денежки. Вот только добыть их целая проблема. Уже без особого энтузиазма я вошла внутрь, и активировав талон, влезла в переполненный лифт.

Второй этаж... Третий... Тринадцатый...

Выбравшись из толкучки, обнаружила, что замок на юбке разъехался в стороны. Закатив очи к высокому потолку, напомнила себе, зачем я тут и чего мне это стоило.

Отпустило. Петляя по узким коридорам, с трудом нашла дамскую комнату.

И здесь грязь. Тоже мне центральный банк.

Проклиная всё и всех, я с трудом застегнула юбку и привела блузку в порядок. На манжетах красовались серые разводы от поручней вагончика метро. Но это уже были пустяки.

Ополоснув руки, поднесла их к лицу и поморщилась. В нос ударил сильный запах тухлых яиц. Сера!

Не мой сегодня день.

Уже выходя из дамской комнаты, заметила на узком подоконнике небольшой горшок. В комке пересушенной спрессованной земли сидела, поникнув, маленькая жирянка. Листья как плёночка тонкие, цвет бледный. В общем, не жилец!

Прикусив губу, я схватила горшок и прижала к себе.

— Держись, маленькая, — запричитала я над цветком. — Сейчас решим тут проблемы и домой. А там водичка отстоянная. И мошки в окне. Много. Ух, под нами такая помойка, что даже мухи размером со шмеля встречаются. Зелёные, вкусные. М-м-м, сама бы съела.

С этими словами я запихнула жирянку в сумку.

Воровство? Ну нет уж. Спасение жизни!

В такие моменты моя совесть молчала.

Выдохнув, я отправилась к нужному кабинету. Взглянув на несколько человек, уже сидящих у прозрачных отъезжающих дверей, уместилась рядышком на неудобный узкий пластиковый стул. До назначенного мне времени осталось двадцать минут.

Прошло два часа.

За это время в кабинет сумели прорваться двое мужчин и женщина, которая выскочила оттуда спустя полчаса красная как варёный рак с дрожащими руками.

— Одобрили заявление! — выдохнула она и мешком осела на кресло.

— Вам нехорошо? — тихо поинтересовалась я.

— О! Мне хорошо, — простонала женщина. — Как же давно мне не было так хорошо!

У меня муж, вертеться ему в аду на углях, ещё два года назад отравился в поездке со своей любовницей. Грибочков земных откушал, и поперёк они ему встали. Кобель такой. Мне заливал, что срочный заказ, а сам на Марс — косточки греть. Да не суть! — отмахнулась она. — Намаялась я с этим наследством. Уже и пожалела, что преставился, мерзавец. Ну ничего, сейчас заживу! Ух, заживу! Переведут мне все деньги с его счетов, и сама на Марс полечу... Что я хуже этой его зазнобы?!

— А может, не надо? — как-то неуверенно поинтересовалась я.

— Чего это?

— Ну, раз он там отравился, может, это знак свыше, что не там приключений искать нужно? Грибы те же, мало ли?

— И то верно! — женщина усмехнулась. — А я на Венеру полечу! Там теплее и безопаснее!

Я только развела руками.