– Какой пункт регламента стал отправной точкой в вашем увлекательном путешествии в нашу деревню?

– Анонимный звонок, – нехотя признается Шапокляк и начинает хмуриться, отчего ее лицо приобретает еще более гадкое выражение. Вот вроде не старая, но ведет себя словно сварливая бабка.

– Всего лишь? – удивленно приподнимаю бровь.

Делаю глоток и понимаю, что забыл предложить сахар и молоко. Подрываюсь на ноги и исправляю оплошность. На столе появляются сахар в кубиках и сливки, а также печеньки с конфеты, что не доели мальчишки.

– Да, нам позвонили и вкратце обрисовали ситуацию.

 – Екатерина кладет пару кусочков сахара, наливает сливки и не спеша помешивает. – А мы обязаны реагировать.

– Кто позвонил?

– Да я не знаю, говорю же, анонимное донесение.

– Что вы собираетесь делать дальше?

– Да ничего, – равнодушно пожимает плечами, делает глоток и щурится от удовольствия.

– Составлю отчет, а там уж пусть начальство решает…

Расплываюсь в довольной улыбке. Кажется, я на правильном пути.

– Можно мне взглянуть на детали отчета?

– Зачем? – Екатерина поджимает губы и качает головой.

 – Это не положено.

Рассматриваю ее внимательнее, ловя каждое движение. Что-то мне подсказывает, что денег она не возьмет. Да и запугивать женщину как-то не в моих правилах. Жалко здесь нет Ивана, вот он у нас любимчик женщин. А я уж и не помню, как это делается.

– Да бросьте, – говорю вкрадчиво и смотрю прямо в глаза. – Я никому не расскажу…

Мой хрипловатый голос заполняет собой тишину. Екатерина застывает, лишь зрачки неумолимо расширяются.

– Ну хорошо… – сдается она и протягивает свою папку. – А вы кем приходитесь этой семье?

Вот тут, конечно, неувязочка вышла.

Но папка уже в моих руках, поэтому мой ответ ничего не испортит.

– Будущий муж Лидии, – кидаю небрежно, открываю отчет и пробегаюсь глазами по заметкам, что оставила Шапокляк. Вот вроде женщина, должно быть какое-то сочувствие и понимание. Солидарность, в конце концов, но нет. Засаживает девчонку по полной.

– Она не говорила…

– Она сама еще не знает, – хмыкаю я, достаю бархатную коробочку из кармана шорт и кладу на стол. – Можете открыть.

Екатерина открывает крышку и ахает. Глаза ее загораются от желания обладать этим кольцом.

Кто бы сомневался.

– Очень красивое, – шепчет и нервно сглатывает.

– Нравится? – лукаво усмехаюсь я, прекрасно зная, что играю на алчности этой женщины.

– Безумно…

– Хотите примерить?

– Как-то неудобно, – мнется Екатерина, а сама глаз не отводит с маленького бриллианта на кольце. Только что слюни не пускает от желания обладать этим сокровищем.

– Да бросьте… – достаю из коробочки и протягиваю ей.

Послушно надевает на безымянный палец и залипает.