Ведь он начал мне раскрываться, идти навстречу, избавился от портрета, который явно, как дамоклов меч, висел над его головой, заставляя проигрывать у себя в голове какое-то неприятное воспоминание из прошлого."

"— Ты не должна… — он сжал мои щёки и поочерёдно заглядывал то в один глаз, то в другой, — ты не представляешь, каким монстром я могу быть.

— Но вы даже не даёте шанса…

— Кому? Тебе? — последнее было сказано насмешливо.

— Себе! — в сердцах сказала я и отбросила от себя его руки, попытавшись встать, но босс не дал.

Он молчал.

— К чему было сжигать портрет? Вы хотели таким образом меня впечатлить?

Он повёл головой из стороны в сторону.

— Вы отпустили себя и вы… совсем другой, — я осторожно положила свою руку на его щёку, — я не вижу в вас чудовище. Вы заносчивый, но потому что знаете себе цену. Вы собственник, но лишь потому, что у вас когда-то отняли что-то ценное. Безжалостный, потому что и вас не щадили. Вы холоден, потому что когда-то чувства выжгли вас дотла…

Акулов свесил голову вниз и затрясся. Плачет?! Затем резко вскинул её, и я увидела, что он смеётся. Потешается надо мной. На моих глазах проступили слёзы.

— Нет, я именно такой, каким ты меня описываешь, без твоих доморощенных расшифровок, без твоих «потому что». Я ровном такой, каким ты меня увидела тогда, в музее. И я беспощаден, Волкова. Тебе же будет лучше, если ты это усвоишь. Ты всего лишь мой контракт, ты всего лишь моя подчинённая. Нравится тебе или нет. А секс с тобой был приятным бонусом. Трахать твою девственную дырочку было истинным удовольс…

Я прикусила щёку внутри и вдарила ему со всей силы по щеке, даже не подумав о последствиях, что он может меня одной левой прибить так, что места мокрого не останется.

Но он ничего не сделал, оставшись нависать надо мной мрачным изваянием. Я встала и, оттолкнув его, вышла из кабинета.

Вслед мне летели его слова, которые, как мне показалось, были произнесены с едкой горечью:

— Беги от меня как можно дальше, девочка…

Глава 41

от лица Кати

На следующее утро, приведя себя в порядок, выглянула одним глазком в коридор. Я бы вообще не выходила из комнаты, будь моя воля. До исполнения контракта уж точно. Но я работала, а в данный момент ещё и хотела есть. Не хотела его видеть, встречаться.

Надо было что-то делать с работой после контракта. Искать новую. Успела привыкнуть к людям. Придётся съехать из дома, к которому тоже успела привыкнуть. И придётся отвыкать от Акулова, которому я так вчера опрометчиво хотела признаться в том, что чувствую. Вот дура! Для такого прожжённого мужика мои признания ничего не значат… Наверное, это выглядело смешно. Кто я для него, он обозначил вчера…

Я мрачно вздохнула и прошмыгнула к лестнице, прислушиваясь к звукам, доносившимся из столовой залы. Вроде тихо.