— Я никогда никого сюда не привозил. Это моё место. Только моё. Обычно я приезжаю сюда, когда совсем хреново становится. Но сейчас хочу, чтобы здесь было что-то хорошее и светлое. Кто-то, кто сохранит тёплые воспоминания вместе со мной. Вместе, маленькая, не просто слово. Это моё обещание. Нет больше других. Никогда не будет. Только ты, малыш, и никого кроме.

— Значит, ты ни с кем не будешь спать, пока я не буду готова? — набравшись смелости, выталкиваю слова из сдавившего спазмом горла.

— Сухой паёк, Насть. Грёбанная диета. — этот тихий смех с лёгкой хрипотцой отзывается вибрациями в моём теле, разжигая уже знакомый пожар."

"— Значит, никакой больше Волчинской и прочих? — кошу на него подозрительный взгляд.

— Ревнуешь? — спрашивает тихо.

— Ревную. — отбиваю честно. — Поэтому и пила вчера. Не могла видеть вас вместе. Когда увидела, чем вы занимаетесь, то…

— Ничем мы не занимались. Не дошло.

— Почему? — шепчу, опуская глаза.

— Потому что я не захотел. Увидел, как одна маленькая зеленоглазая ведьма танцует, и всё желание пропало. Потому что только тебя хочу и похуй на остальных.

— Тём…

— Что?

— И я тебя по уши.

— Значит, двусторонне?

— Двусторонне.

Глава 17

Живу каждую минуту с тобой. Каждую секунду без — умираю.

— Это самая вкусная пицца в моей жизни! — смеюсь, откусывая очередной кусочек и делая маленький глоток пива. — Пусть и холодная.

Да, Северов всё же уговорил меня попробовать хмельной напиток. Сначала хотела выплюнуть горькую жидкость, а потом мне даже понравилось. Мы уже больше часа растягиваем поллитровые бутылки и пиццу с курицей и грибами. Я пью медленно, потому что не привыкла к алкоголю и боюсь напиться. А Артём, потому что я попросила его не садится выпившим за руль.

— И чем же она лучше остальных? — со смешком задаёт вопрос.

— Во-первых: я обожаю грибы. Во-вторых: ненавижу лук и болгарский перец. Как ты узнал?

— А я и не знал. — тянет загадочно. — Грибы и сам люблю. Перец нет. А лук… Нам с тобой ещё целоваться вообще-то.

— Ну точно, невыносимый. — рычу, не сдерживая счастливой улыбки.

Вот от чего, а от его поцелуев я точно не откажусь. Они, бесспорно, занимают первое место в списке моих предпочтений.

— Замёрзла? — становясь серьёзным, спрашивает парень.

— Согреешь? — снова растягиваю рот в улыбке.

— Ещё бы… — сипит в ответ. Но вместо ожидаемых объятий встаёт и тянет мне руку. — Потанцуем?

— Здесь? — спрашиваю, ошарашенно глядя по сторонам.

— А чем здесь плохо? Только ты, я и звёздное небо. Что ещё надо?

Ничего не отвечая, вкладываю свою ладонь в его, позволяя помочь мне подняться с покрывала. Артём тут же притягивает к себе и, обхватив руками, целует.

Сразу забываю обо всём, стоит только его губам завладеть моими. Его хмельное дыхание пьянит похлеще любого алкоголя.