— Я в курсе. И о том, что твой отец надавил на него с женитьбой, тоже знаю.

Она открывает верхний шкафчик и достает аптечку. Я вся напрягаюсь от ее слов. Он всю свою семью посвятил в подробности наших отношений?

— Но вместо того чтобы раскрыть свои глаза и разглядеть прекрасную девушку перед собой, он сокрушался о несправедливости и шел на поводу у гордости, — с чувством продолжает она. Ее голос звенит от раздражения. Словно она недовольна поведением Давида. — Даже не познакомил тебя со своей семьей. Хотя у нас, конечно, тогда был не лучший период в жизни.

Мой муж был серьезно болен, мы все безумно переживали за него. Вот, держи. — Мила находит пластырь и протягивает его мне.

— Спасибо.

— Я тебя, конечно, впервые в жизни вижу, но и так могу сказать, что вы очень красивая пара. Может, дашь ему второй шанс?

— Разве он ему нужен? — фыркаю я, поднимая на нее взгляд. — Наши жизни разошлись в разные стороны еще три года назад.

— Но вы ведь сейчас здесь. Вдвоем. В одном доме. Это не соответствует твоим словам, — снисходительно улыбается Мила, становится рядом со мной, прислоняясь бедрами к столешнице.

— В любом случае это уже в прошлом, — пожимаю плечами я, стараясь казаться безразличной. Не понимаю, почему мы вообще обсуждаем с ней это.

— Знаешь, мы с мужем ненавидели друг друга до трясучки. Столько всего было, что и не припомнить. А сколько раз я ревела в школьном туалете из-за него.

Ее голос пропитан любовью и легкой грустью.

— А спустя десять лет мы проснулись в одной постели. Решили сделать вид, что ничего не произошло, и жить как прежде, но этот идиот умудрился заделать мне ребенка.

Мне пришлось пожертвовать своей карьерой, всем, к чему я стремилась столько лет, изменить взгляды, принципы, научиться заново жить, даже есть! Я ведь моделью была, питалась одними смузи и травкой. Но это того стоило. Я сейчас не представляю, как жила без них. — Она поворачивает голову в сторону окна. — А тогда ненавидела его ужасно. Да и он вел себя частенько словно мудак.

— Зачем ты мне это говоришь?

— Мы с Даней сколько раз пытались свести Давида с кем-то из знакомых, но он даже не смотрел в их сторону. Сегодня я увидела вас вдвоем и поняла почему.

А что с этим делать — решать тебе. Отнесешь тарелки, раз ты выбыла из строя из-за травмы? — Кивком указывает на мой палец с приклеенным пластырем, давая понять, что разговор по душам окончен.

— Конечно.

Глава 17. Лера

Я выхожу во двор, ищу взглядом стол и спотыкаюсь, когда вижу у мангала еще двух мужчин. Один из которых мне до безумия знаком.

— Привет, речная нимфа. — Даниил машет мне рукой, улыбаясь.

Я поворачиваю голову к Давиду, смотря на того с подозрением.