Но не чтобы повторить жест Тана, а просто иначе он бы упал лицом в пыль. Он высвободил имя ветра из недр своей души и позволил тому вновь отправиться в свои бесконечные странствия.

Из уголка рта Хаджара текла струйка темной, жирной крови.

— Это красивые имена, Великий Мечник Дархан, — прошептал Алый Мечник. Впервые на его броне появились царапины, а из-под забрала упала одна единственная алая капля. – Я услышал твой путь. Он честен и благороден. Ты сражаешься на ради себя. Не ради своей славы. Не чтобы помнили тебя… а чтобы не ушли те, кто шел с тобой плечом к плечу. Из всех воинов, которых я отправил и отправлю к праотцам, лишь тебя я буду вспоминать в те времена, когда потеряю ориентир на своем пути.

– Я… пока… не собираюсь к праотцам, – Хаджар выпрямился и вытащил меч из земли. Он восстановил свое дыхание. Запасов энергии оставалось меньше четверти, а энергетическое тело дрожало от давления битвы.

– Не один ты знаешь истинные слова, Великий Мечник Дархан, — Алый Мечник поднял перед собой двуручный клинок так, будто бы тот весил не десяток тонн, а меньше перышка.

— Я убедился в этом в долине Дельфи, — Хаджар вытер губы, а затем сплюнул слюной, смешанной с кровью.

Во рту остался медный привкус.

– Долина Дельфи… трагедия, которая должна была свершиться ради… – Тан замолчал, а затем продолжил уже совсем в ином тоне. – Там я показал тебе лишь крохотную часть того, что ты увидишь сейчас. Моя техника, которую я создал за все годы погони за тенью Тирисфаля, имеет всего три удара. И это -- её последний. Тризна Двух Тысяч!

Миллионы взглядов, обращенных к степям Ласкана, увидели, как за спиной Алого Мечника вновь поднялись две тысячи золотых воинов. А затем еще две и еще, и еще и так, до тех пор, пока все свободное пространство степей не было заполнено золотым воинством.

И, когда все думали, что вот-вот и призванная армия ринется в бой, произошло нечто, чего они никак не могли ожидать. На броне воинов начали появляться следы от вражеского железа. Порезы, пробоины, рваные, жуткие края. Из которых сочилась кровь.

Ручьи крови от умирающих золотых воинов сливались в реки, они перетекали в огромное озеро, пока то не поднялось волной бескрайнего океана.

Слова о том, что оно достигло неба, не смогли бы описать его высоты. Слова о том, что оно простиралось куда-то за левый и правый горизонты – едва-едва задевала края его истинной широты.

Все семь королевств объединились в этом невероятном ударе. Способным смыть целые города и даже страны. Ничто не могло устоять перед этим кровавым океаном.

И весь он, своим сосредоточием на всего одну цель – маленькую фигуру, стоявшую посреди уставшей от битвы степи.

– Щиты! – закричали по обе стороны.