— А наконечники копий?

Люда задумалась.

— Каменные были. Были из расколотой вдоль трубчатой кости. Из какого-то рога с заточенным остриём. Ну, и пара бронзовых. У тех, кто постарше возрастом. Парочку костяных с зазубринами, вроде как у гарпуна, были…

Истерика, приключившаяся с дикарями из-за наступления темноты, и нежелание оставаться ночью в джунглях позволили членам экспедиции предположить, что они явно боятся провести ночь в этих непривычных для них условиях. И, взяв с собой оружие и немного припасов, Нина, Люда и Лев решили укрыться за неприступной, как им казалось, стеной Храма.

Переждать, когда чужаки уплывут (не пешком же они через море пришли!) прочь. Не ожидали только, что «рыси» очень хорошо чувствуют запах крови и нападают, в первую очередь, на раненых. В общем, где-то на полпути к Храму на Льва сверху и бросилась эта зверюга, относящаяся к местному аналогу кошачьих.

Кнабе заорал с перепугу и от боли, когда «киса» весом с десяток кило, не только рухнула ему на спину, но и вырвала из шеи приличный кусок мяса. А поскольку они шли по берегу ручейка, сильно извозился в грязюке. Нина, шедшая перед ним, сначала отогнала зверя прикладом, а потом открыла стрельбу.

В общем «рысь» она смогла убить. Но, опасаясь, что стрельбой могли привлечь и нападавших, при свете луны кое-как обмыли новую рану Лёвы водой из ручейка, перевязали на скорую руку и потопали дальше. Только единственный в компании мужчина уже еле переставлял ноги. У него ещё хватило сил на рассвете перебраться по лестнице за стену, и он свалился уже в Храме."

"Оказалось, «кошак» не только порвал ему шею, но и исполосовал когтями спину. А «обеззараживая» рану на шее при свете луны, так и не вымыли из неё грязь.

Плюс грязная вода попала в глубокие царапины и разошедшийся шов на боку. Как ни старалась Лютикова, избежать сепсиса не удалось, а принятые антибиотики не смогли убить микробы. Да ещё и потеря крови ослабила биолога экспедиции. В общем, на четвёртый день его тело пришлось завалить мелкими камнями у «крепостной» стены.

Еда закончилась. Возвращаться в Форт Люда и Нина опасались. Вот Кроха и вызвалась сходить на охоту. А когда вернулась — услышала душераздирающие крики Лютиковой.

Сдуру полоснула двумя очередями по дозорным, торчащим не стене, и лишь потом сообразила, что ей уже не хватит патронов, чтобы перебить всех припёршихся к Храму дикарей.

Даже тех, которые находятся по эту сторону стены.

— Но крик Нины «Людка, отомсти им за ме…», я до смерти не забуду. Добили её, когда она прокричала мне. Кинжалом горло перерезали. А до этого издевались. Нет, не насиловали. Одежду с неё, похоже, содрали и практически всё тело ножами исполосовали. Груди разрезали, живот… Там все каменные плиты в кровищи были.